Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Уже работали прядильщицы, перебирая остро пахнущую шерсть, летели в поленницы дрова, в глиняные плошки весело били струйки молока.

Коров, овец, боровов в крепости было много — их даже за ворота старались выводить пореже, чтобы не потерялись или не были украдены. Больше драгоценных камней и металла мы ценили конкретные вещи: топоры, мечи, домашний скот. Одна корова могла прокормить целую семью, при этом довольствуясь скромной травой на пастбищах. Из коровьих шкур шили одежду и снаряжение, вяленым мясом кормились долгие зимы, из молока сбивали животное масло, которое засаливали и брали в походы.

"Такое масло я и попросила мне приготовить. А у охотников взяла животный жир. Конечно, все это могло и не понадобиться — зачем казненным еда и тепло? — но то, что я четко осознавала, на что иду, не значило, что я не собираюсь повысить свои шансы выжить.

ГЛАВА 4

Передо мной — развернутая карта моих будущих страданий.

Неровная область справа — наше королевство. Земли с условными границами, замками и поселениями, размеченными пахотами и холмами.

Дальше Пустоши, на которых водятся одичавшие и огромные змееголовы. Плодородные края наших союзников — тех, что когда-то были нашими врагами

Дальше — сдавшиеся крепости. Те, что мой отец не смог взять ни приступом, ни долгой осадой.

Но сдавшиеся Ворону.

Я вижу, насколько это беспокоит отца и ярлов.

Братья — пустышки. Одд может еще и будет достойным правителем через много лет — если не погибнет, свернув шею от бешеной пьяной скачки во время охоты. Пока он только лишь и умеет, что бить себя по бокам и брызгать слюной, утверждая, что, в отличие от побежденных, мы точно справимся с бастардом.

В конце концов я не выдерживаю.

— Айварс Воин может и не признал этого Ворона — но поплатился за свое непризнание. Или ты не слышал, что бастард лично скинул старого короля в ледяную пропасть? А может не знаешь, из чего состоит его прозрачная корона?

— Сказки для детей, — шипит мой сводный брат, — Никто не способен заморозить сердце и извлечь из него осколки, чтобы украсить собственный венец.

Я не боюсь этих россказней!

— Да? Тогда чего не ты отправляешься на бой с Вороном, а прячешься за моей спиной?

В глазах Одда — ненависть, но он замолкает.

И к лучшему.

Я и так полна сомнений и неприятных предчувствий, чтобы терпеть бахвальство того, кто хочет добиться победы моими руками. Точнее, моим телом.

— Сначала мы поедем в мою крепость, — поясняет ярл Торрод, — Там вы пробудете достаточно времени, чтобы узнать все, что необходимо.