Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— У меня и в мыслях не было считать, что ты хочешь оскорбить семью, герб которой носишь на груди.

— Так что будем делать, мастера? — осведомился я.

— А разве некроманты не умеют избавляться от тел? — уточнил Чехов.

— Только от призраков, — ответил я. — Я же не печь крематория.

— Да на болота их вывезти и все дела, — подал голос Питерский.

— О чем спорите? — послышался от дверей новый знакомый голос. И мы обернулись.

На входе в комнату стоял Александр Васильевич Морозов и с довольной усмешкой рассматривал наши вытянувшиеся, побледневшие лица.

Заметив, что мы обратили на него внимание, он коротко поклонился:

— Добрый вечер, мастера. А я решил в гости заехать, а в доме только Арина Родионовна. Сидит на кухне в одиночестве и чай пьет.

— И вы сразу поняли, что нас нужно искать в подвале? — с подозрением уточнил я.

— И я понял, что после того, как Свиридов прознал о без вести пропавших, которые хранятся в этом доме, дражайшая Любовь Федоровна, наконец, решила открыть вам свой маленький секрет, — ответил Морозов и прошел в комнату.

Осмотрел ее и покачал головой:

— А здесь все так же. Ничего не меняется.

Он обернулся к застывшей Виноградовой и произнес:

— И я очень рад, что подарок моего племянника спас вам жизнь, Любовь Федоровна. Пусть и таким несколько странным способом.

Глава 31 Как уходит легенда

В комнате повисло неловкое молчание, которое нарушил Александр Васильевич:

— Придумали, как избавиться от всех этих трупов? — с интересом уточнил он, осматривая нас.

— Хотели вывезти их куда-нибудь подальше, — ответил я. — И до вашего прихода как раз решали, где взять вместительную машину.

— И как? Придумали?

Я покачал головой:

— Тогда я прибыл вовремя, — довольно заключил Морозов.

Мы с отцом настороженно переглянулись. И я произнёс:

— Если вы поможете нам, то с нас будет причитаться…

— Пустое, — перебил меня Александр Васильевич. — Мы одна семья. И сейчас делаем все для того, чтобы эту семью защитить.

Вы можете считать меня посторонним, но я справедливо принимаю вас за родню. Однажды мы с Софьей Яковлевной соберемся и расскажем вам свою историю.

— Историю? — нахмурился отец. — Насколько я знаю, до недавнего времени вас ничего не связывало с моей матерью.

— Вы правы. «В этом мире все именно так и есть», — заметил Александр Васильевич и развел руки в стороны. — Но вы должны понимать, что существуют вещи, которые выходят за рамки одной реальности.