Мой ангел злой, моя любовь… читать онлайн

Анна же тихо заплакала, выпуская то напряжение, что сковало ее тело до того момента.

— Благодарю тебя, Господи, — прошептала она, прижимаясь щекой еще плотнее к шершавой коре дерева. — Благодарю тебя, что он такой… mon étonnant [196] …

Глава 9

После последнего выстрела в воздух недавние противники сошлись на середине разделявшего их некогда расстояния, обнялись и трижды расцеловались, примиряясь. Прошка, денщик Андрея, подал господам по рюмке водки, которую те должны были выпить за мир меж ними.

— Жаль, что я промахнулся, — упрямо мотнул головой Бранов, поправляя едва не соскользнувший с плеч ментик. — Я ведь вас не люблю, Андрей Павлович, очень не люблю. До глубины души! И отчего к вам так благоволит Фортуна? Но она, — он сделал некий упор при этом слове. — Она выбрала вас нынче, мне же остается только склонить голову пред ее выбором. И все же я понимаю, отчего был сделан этот выбор — по чести вашей и достоинству, по благородству вашей души.

— Ну, полноте! — Андрей кивнул на поднесенные Прошкой рюмки, взял одну из них. — Мне и уважение от вас по сердцу, Григорий Александрович. Paix! [197]"

"— Paix! — поднял ответно рюмку гусар. Опрокинули одним махом обжегшую горло и нутро водку, снова расцеловались троекратно. Бранов вдруг размахнулся и бросил рюмку в широкий ствол сосны, разбивая ту на осколки.

А потом насторожился, оглянулся к лесу, когда расслышал в тишине летнего утра тихий вскрик. Стал вглядываться в лесную кромку на северной стороне луга, пытаясь разглядеть за стволами и зеленью кустов, откуда звук этот был, кому принадлежит. Видно, девки деревенские в лесу собирают что. Хотя, нахмурился Бранов, рано по ягоды-то ходить, не пора еще.

Андрей недолго смотрел в ту же сторону, покусывая лениво травинку, потом повернулся к Бранову, протянул ему руку для пожатия на английский манер.

— Ну, прощайте, Григорий Александрович. До завтрака надо бы мне вернуться в усадьбу, а то вопросы пойдут ненужные. Ни к чему они нам, верно?

— Прощайте, ротмистр, — краткое пожатие, и былые соперники и их секунданты разъехались, каждый в свою сторону.