Мне было 12 лет, я села на велосипед и поехала в школу читать онлайн

Но «за хорошее поведение» ему удалось выйти из тюрьмы в апреле 1992 года, под обязательный надзор психиатра, так же как и его жене (уже ставшей его сообщницей в изнасилованиях). Скоротечные визиты к психиатру, прекращение ими обоими приема рогипнола,[4] этот препарат он складывал в долгий ящик, чтобы затем использовать совершенно в других целях. Еще одна немаловажная деталь: «проклятый Д» познакомился с одним заключенным, приговоренным за воровство, который объяснил ему, как построить тайник, который будет невозможно обнаружить при обыске.

Но для некоторых все то, что рассказывал педофил, было доказательством существования разветвленной сети, в которой он был лишь незначительным звеном.

В 2003 году подошел срок начала процесса. Мне хотелось лишь одного — держаться подальше от всего, что меня непосредственно не касалось в этом деле, того, что называлось различными аспектами следствия. Я хотела свидетельствовать лишь о том, что я пережила и что мне довелось испытать, и мне надо было, чтобы он не вышел опять сухим из воды.

"Но на мои свидетельские показания, которые я решилась дать, было достаточно сильное давление со стороны некоторых средств массовой информации и сторонников пресловутой сети. Утверждалось, что я постоянно находилась под воздействием наркотических препаратов, а потому практически ничего не могла помнить, что я стала там чем-то вроде бессознательного овоща и что, возможно, и до сих пор пребываю в том же состоянии…

«Ты уверена, что ты видела только его?»

Словно пытались сказать мне: «Ты веришь в хищника-одиночку, значит, ты ничего не поняла!»

Мэтр Ривьер обнародовал фразу, сказанную по моему поводу королевским прокурором: «…Если предположить, что она все помнит, рогипнол повсеместно присутствует в ее досье…»

Такое заявление, поступившее из будущей прокуратуры, беспокоило и ущемляло меня.

Мэтр Ривьер всегда защищал меня в прессе, утверждая, что я подвергалась воздействию снотворных препаратов только первые три дня. Это он отвечал на вопросы журналистов, я же никогда не давала никаких интервью. Я разговаривала только со следователями.