Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Мой совет – помирись со своим красавчиком. Ну, или иди на улицу бомжуй.

Я вскочила с табуретки, на которой сидела.

– Нет уж! Я останусь здесь, – твердо сказала я, вытирая слезы.

Она открыла рот, явно не ожидая, что я дам отпор. Не слушая ее ругани, я ушла в свою комнату, которая теперь мало походила на мою: здесь повсюду были разбросаны мужские вещи. Видимо, мать и правда с кем-то съехалась. Плевать. Я имею право на это жилье. Не выгонит. Не имеет такого права.

Как же наивна я была, предполагая, что наличие собственного угла решит мои проблемы с мужем.

Денис приехал через два часа. Извинился перед мамой, вручил ей и мне по букету цветов, попросил у меня прощения, объяснив свой срыв проблемами в бизнесе и сказав, что причиной этих проблем был тот самый Шевелев. Он казался таким искренним, что любой бы поверил. Казалось, Денис и правда раскаивается и сам не понимает, почему он вчера слетел с катушек. Любой бы поверил. Но не я. Вчерашний вечер лишь стал переломной точкой, заставив меня окончательно понять: я не зря весь этот месяц после свадьбы побаивалась мужа.

Я не поверила ни слову и отказалась возвращаться к нему. Однако мать буквально вытолкала меня за дверь, расплываясь в улыбках перед Денисом.

Уже там, на лестничной клетке, он схватил меня за руку мертвой хваткой, впихнул в лифт, а потом в ожидавший у подъезда автомобиль.

Когда мы вернулись в его особняк, в нем было тихо: домработницы и повар исчезли. Денис, все так же крепко впиваясь холодными пальцами в мое запястье, провел меня лестницей в подвальное помещение.

Оно было пустое: голые стены, бетонный пол. Окон не было. Не подвал, а каземат, каморка, размером полтора на два метра.

– Посидишь пока тут, подумаешь над своим поведением, – бесстрастно сказал Денис, вталкивая меня внутрь.

Он запер дверь. Свет погас.

– 18–К утру следующего дня мне стало безумно стыдно за свою истерику: я не только наорала на Степана, но и буквально вытолкала его взашей. И это после всего, что он для меня сделал.

Я чувствовала себя виноватой. Неблагодарной. Как хорошо мне были знакомы оба этих чувства! За семь лет замужества я привыкла к тому, что всегда в чем-то виновата: в неверно выбранном слове, в неуместной улыбке, в мигрени мужа, в проблемах его фирмы, в его мужской слабости, в плохо прожаренном мясе, в своем существовании. Этот список был бесконечным и постоянно пополнялся.

– Ты неблагодарная дрянь! – постоянно твердил Денис.