Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ей было трудно говорить, и ее слова звучали немного невнятно. Она вытащила одну руку из-под одеяла, прикоснулась к своей опухшей губе и тут же вздрогнула. – Ты, наверное, плохо понимаешь меня. Но иначе не получится…

– Да нет, я тебя понимаю. Но тебе и не нужно ничего говорить. Тебе наверняка больно.

– Да, – ответила Надин; вид у нее был совершенно изнуренный. – Сильно болит. В голове.

Тем не менее казалось, что она непременно хочет о чем-то поговорить.

– Полицейский сказал мне… Кристофер… Я не могу в это поверить.

Он был лучшим другом… – Надин не договорила фразу, но непроизнесенное имя внезапно повисло между ней и Лаурой и, казалось, заполнило всю комнату напряжением и почти невыносимыми эмоциями.

– Петера, – сказала Лаура.

Надин молчала. Фрау Симон посмотрела в окно, за которым монотонно шумел дождь. Тулон со всеми своими отвратительными высотными домами и арендуемыми бараками выглядел еще более унылым, чем обычно.

Через некоторое время Надин заговорила снова:

– Полицейский сообщил, что это Катрин вызвала полицию.

Но я не совсем поняла, как она обо всем этом узнала.

– Она сегодня утром тоже была в участке. Насколько я поняла, она случайно увидела твою машину, когда ты ехала ко мне. Но Катрин предположила, что ехал Анри – кажется, из-за твоей манеры вождения. Она хотела непременно увидеться с Анри, но по какой причине, не стала говорить даже полиции.

Надин попыталась цинично улыбнуться, но это ей не удалось, и ее искаженное лицо стало от этого выглядеть еще более странным.

– Может быть, и не было никакой особой причины. Она всегда хотела к Анри. Всю свою жизнь.

– Во всяком случае, она припарковала свою машину перед нашими воротами, не зная, что делать дальше. Она надеялась, что Анри выйдет. А вместо этого увидела тебя. И благодаря свету, который включился датчиком движения, смогла увидеть, как тебя избивали. Она съехала по склону вниз и вызвала со своего мобильника полицию.

Жоли снова скривила свои опухшие губы в карикатурную усмешку.

– Держу пари на что угодно, что она сперва потянула время! Наверняка позвонила не сразу. Оставить меня лежать там и дать мне умереть – это полностью осуществило бы ее мечты. Я всегда была ей помехой.

– Я тоже была тебе помехой, – заметила Лаура, – и все-таки ты хотела мне помочь.

Надин попыталась поднять голову, но застонала и снова откинулась на подушку.

– Лежи спокойно, – сказала Лаура, – ты только хуже себе сделаешь, если будешь двигаться.