А вот три тысячи человек, входящих в состав армейской бригады — вполне могут.
Перед тем, как трогаемся, за десять секунд озвучиваю «монарху» все наши требования в случае успеха авантюры — полный контроль над аэропортом, личная неприкосновенность наших людей в городе, возможность вербовки новобранцев и приоритет на все заключаемые контракты. Тот отвечает частыми судорожными кивками, видимо с трудом осознавая, о чём вообще идёт речь.
Первая попытка нас остановить происходит в момент проезда мимо Солнечного острова.
Какой-то автомобиль перегораживает дорогу, а укрывшиеся рядом солдаты, открывают огонь, едва нас завидев. Собственно, этот факт их и подводит. Ударь они в упор, когда мы находились рядом — какой-то шанс присутствовал бы. А так, водитель резко уходит вправо, открывая обзор пулемётчику. И последний немедленно включается в дело, поливая противника свинцом. Через несколько секунд уже проносимся мимо импровизированной преграды, рядом с которой валяется несколько мёртвых тел.
Впрочем, когда поворачиваем на улицу Ставропольская, один из пилотов докладывает, что в районе кольца нас явно ждут.
Мощный блокпост с тяжёлым вооружением, личный состав которого сосредоточился на стороне, откуда должны появиться мы. Отдаю приказ нанести удар и спустя секунду сверху падает ракета, а впереди гремит мощный взрыв. Пока проезжаем кольцо, пулемётчик выдаёт ещё несколько очередей по уцелевшим людям. Но с их стороны по нам никто огня не ведёт.
Добравшись до Кубанского университета, сворачиваем налево, на улицу Димитрова.
По правую руку от — плотно застроенный частный сектор. В окнах домов — масса любопытствующих лиц местных жителей. Взятая с собой рация, на общем канале краснодарских военных, взрывается потоком сообщений. Командиры разного уровня пытаются выяснить, что происходит. И как-то связаться с главами бригад, которые на момент начала мятежа были в резиденции «князя». Если я правильно понимаю вал сообщений, то кем бы не были мятежники, они пока не успели установить контроль над армией.
Как минимум, над большей её частью. Что было странно. Изначально я предполагал, что заговорщики первым делом возьмутся за военных и только потом переключатся на всё остальное. Плюс, ещё один непонятный момент — пока никто не объявил себя руководителем города. Кроме странного мужчины, назвавшегося главой «комитета», больше ни один человек не выходил в эфир от имени новой власти. Конечно, у них наверняка есть, свой собственный канал для переговоров.
