Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Девушка зевнула, подошла к постели и забралась под одеяло. Но прошло много времени, прежде чем к ней пришел сон.

Глава 3

– Проснись! Проснись, Беттина!

Девушка быстро открыла глаза, но тут же вспомнила, какой сегодня день. Через несколько часов она навсегда покинет родной дом.

– Я велела этим дурам горничным разбудить тебя пораньше, – продолжала Жоссель. – Но они, конечно, все пропускают мимо ушей. Хорошо еще, хоть что-то успели сделать за месяц! Все слуги завидуют Мадлен! Мне будет так ее не хватать, но тебе она нужнее.

Она взглянула на дочь глазами, полными слез.

– О, Беттина, как быстро пролетело время! Ты уезжаешь, чтобы начать новую жизнь.

– Но ты сама сказала, мама, это не навсегда, – напомнила Беттина, свесив с кровати длинные, стройные ноги.

– Да, но все равно разлука будет долгой.

– Придет день, мама, и мы вновь будем вместе!

– О, зачем Андре выбрал тебе в мужья человека, который живет так далеко? – зарыдала Жоссель, ломая руки, но поняв, что все бесполезно, успокоилась.

– Что ж, изменить ничего нельзя. Нужно собираться; через два часа ты уезжаешь. Где эти горничные?!

Беттина засмеялась.

– Должно быть, в кухне – болтают о моем путешествии. Все почему-то думают, что на Сен-Мартене так интересно жить! К тому же я сама могу одеться. Ты забываешь, в монастыре я обходилась без слуг.

Наконец появились служанки и, выслушав выговор Жоссель, поспешили приготовить платье, которое Беттина должна была надеть для путешествия в Сен-Мало – порт, откуда отправлялся корабль.

Одна из девушек принесла воду для ванны Беттины, и вскоре все было готово к отъезду. И Беттина и Мадлен оделись довольно тепло, потому что стоял октябрь и дул ледяной ветер. Жоссель уже ждала у входа; Андре вышел последним. Большой экипаж, специально купленный для поездки в Сен-Мало, был запряжен шестеркой угольно-черных лошадей; множество сундуков и небольшой ящичек с золотом, приданым Беттины, были привязаны наверху.

Девушка уселась рядом с матерью и закрыла глаза. Последние дни прошли в ужасной суматохе; она и служанки трудились над приданым с утра до вечера. Больше всего времени ушло на подвенечное платье, зато получился настоящий шедевр – и все, кто принимал участие в шитье, гордились делом рук своих.

На чехле из кремовато-белого атласа красиво выделялось тонкое кружево. Изящный разрез спереди открывал пышную атласную юбку.