Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

К этому времени она будет жить на Сен-Мартене с Пьером, а Тристан не захочет больше ее видеть.

Глава 42

Беттина жила узницей в маленьком доме дона Мигеля, стоявшем на окраине Санто-Доминго. Ближайшие соседи жили в миле отсюда. Особняк был окружен высокими стенами на испанский манер. Единственная входная дверь вела в большую залу. Справа размещались две спальни с крохотным кабинетом между ними. Кухня и столовая находились на противоположной стороне дома.

На окнах были тяжелые деревянные ставни, закрытые день и ночь.

Окно спальни Беттины выходило на маленький внутренний дворик, но ей не позволяли там гулять. Хотя по дому ходить было можно, девушка предпочитала оставаться в своей комнате. Обычно по ночам Беттину держали взаперти. Особых неудобств она, правда, не испытывала: обстановка была роскошной – широкая кровать, резной шифоньер, обитое бархатом кресло, несколько столиков и длинная полка напротив окна, где стояло несколько книг и множество статуэток из мрамора, нефрита и слоновой кости.

В доме было всего двое слуг, кухарка и горничная, но дон Мигель строжайше запретил им говорить с Беттиной.

Но даже если бы женщинам и захотелось нарушить приказ, это не имело смысла – обе говорили только по-испански. Правда, Беттина много раз пыталась знаками расспросить приносившую обеды горничную, но та не обращала на нее никакого внимания."

"По мере того как шли дни, Беттина все больше падала духом. Дона Мигеля она видела только по вечерам, за ужином. Он проводил все дни на пристани, встречая каждый заходивший в гавань корабль.

Каждый раз при встрече Беттина говорила, что Тристан не вернется, но больше не говорила ничего – не могла заставить себя вежливо беседовать с этим человеком, хладнокровно готовившим ловушку для Тристана.

Но дон Мигель не открывал своих планов, а Беттина, сколько ни старалась, не могла придумать, как предупредить Тристана.

Прошло уже три недели. Приближался конец сентября, и Беттина все больше и больше волновалась за Тристана. Но по крайней мере не оставалось времени беспокоиться о том, что ребенок должен был родиться еще неделю назад.

Несколько раз Беттине казалось, что начинаются схватки, но тревога оказывалась ложной, и девушка разочарованно вздыхала: ей так хотелось, чтобы все поскорее кончилось.

Подобные вещи случались настолько часто, что Беттина перестала обращать на них внимание. В это утро она тоже проснулась от сильной боли, но решила, что все, как обычно, пройдет.

Вошла горничная с подносом.