Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Кто об этом не мечтает?

Он мог бы напомнить ей о Мелинде. Или о Фиби.

Неопровержимые факты говорят о том, что титул и богатство, ради которого женщины в своем большинстве готовы закрыть глаза на многое, не помогли маркизу удержать при себе его женщин.

– Мисс Кантор, я…

Она смотрела ему в глаза без страха и без подобострастия.

– Я – не Мелинда. Я – не избалованный ребенок. Я – не Фиби, послушная долгу, но не уверенная в том, чего хочет. Я точно знаю, кто я и что хочу, и я знаю, что стану вам прекрасной женой.

– Дейдре усмехнулась. – Вы ничем не рискуете, потому что самое худшее для вас уже позади.

С ней трудно было не согласиться.

– У многих на этот счет иное мнение.

Глаза ее вспыхнули. Что это было? Гнев?

– У некоторых людей любимое занятие – сочинять небылицы.

– Откуда вам знать: небылицы сочиняют люди или правду говорят? – Он ведь Зверь, Проклятие Света, Душегуб и кто там еще? Повинуясь внезапному и не вполне отчетливому порыву, Колдер шагнул к ней и, впившись в нее взглядом, спросил: – Вас легко напугать, мисс Кантор?

Дейдре не опустила взгляд и не отступила.

– Я не знаю.

Колдер приблизился к ней вплотную, куда ближе, чем позволяли приличия, но, видит Бог, она была прелестна, и после столь утомительного дня ему хотелось хоть чем-то себя вознаградить.

– Как это не знаете? – тихо произнес Колдер у самого ее уха. – Страхи есть у всех.

Тогда Дейдре повернула голову и встретила его взгляд. Синие глубины ее взора были все так же безмятежны.

– Я не пуглива, – невозмутимо сообщила она. – Но я мстительна.

Он едва не рассмеялся в голос. Ее уж точно не назовешь робкой и застенчивой. Колдер не двигался, он дразнил ее, испытывал. Знай, с кем имеешь дело. Не стоит меня недооценивать.

– Вы уклоняетесь от ответа, – тихо сказала Дейдре, согревая его лицо своим дыханием. – Я хочу знать, вы женитесь на мне? Да или нет?

Довольно! Пора прекратить эту глупую игру. Колдер открыл было рот, чтобы отправить ее паковать вещи.

Сейчас он велит ей убраться прочь, чтобы к утру ее не было в его доме вместе с гарпией-мачехой. Скатертью дорога! Все, что он хотел, – это чтобы его оставили в покое. Навсегда.

– Да.

Что? Он произнес это вслух? Удивление в ее глазах подтвердило его опасения. Да, именно это он и сказал.

Проклятие!

– Я… – во рту внезапно пересохло. Колдер закашлялся. – Простите, я…

– Вы сказали «да», – с торжеством в голосе объявила Дейдре. – Я вас слышала.