Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ты убьешь меня этим маленьким топом. Я буду не в состоянии выйти из этого поезда.

Я улыбнулась. И я искренне надеялась, что музей Родена не очень большой. Я не имею ничего против искусства девятнадцатого века или чего-то еще, но я составила новый список.

Что Я Хочу Делать С Лукасом:

1) Проверить мои навыки минета (и узнать новые)

2) Принять душ (увидеть, как он выглядит мокрым)

3) Позволить ему делать те вещи, которые, как он упоминал, могут напугать меня (кнуты и цепи?)

4) Слушать, как он говорит мне непристойности (мой огромный секрет возбуждения)

5) Заставить его кричать мое имя, так же как я кричала его (т.

е. достаточно громко, чтобы разбудить соседей, возможно, шестой округ, может, даже весь латинский квартал)

Я не слишком много прошу, так ведь?

Глава 12

Музей был не очень большой, но я полюбила его не поэтому.

Когда мы бродили по нему, я поняла, почему Лукас им настолько очарован. Он расположен в особняке восемнадцатого века, каждая комната — чудо света, тени и элегантности, роскошные детали в стиле барокко: высокие арочные окна, паркетный пол, деревянные панели на стенах и потолке, позолота на античной мебели — все это идеально контрастировало с грубой, мужественной красотой скульптур людей Родена.

Правда огромная часть моего наслаждения была связана с Лукасом, который держал меня за руку и тихо рассказывал мне о художественном стиле Родена, и почему он привлекал его.

— Знаешь, мне нравится то, как он не пытается сделать все красивым.

— Мы стояли перед фигурой обнаженной женщины, которая, казалось, сжималась от стыда. — И я люблю части тела, особенно руки. Посмотри на эти.

Он положил руки мне на плечи, развернул меня, и я ахнула, когда мы подошли к огромной скульптуре у окна. Это были две руки, расположенные на каменной основе, ладони и пальцы согнуты по направлению друг к другу, но едва касаются. Мягкий свет, просачивающийся сквозь оконные стекла, создает слабую тень на руках и в воздушном пространстве между ними, и я хотела попытаться поймать это на фотографии, хотя и знала, что фото никогда не смогут это запечатлеть.

— Они так прекрасны. Они сложены в молитве?

— Нет, это две правые руки, видишь?

Я перестала искать свою камеру и подошла ближе.

— Две правые руки. Я даже не заметила. — На мгновение я застыла, чтобы рассмотреть, как это возможно, что две правые руки соединены таким образом.