Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— О мой Бог! Не останавливайся! Не останавливайся! Не останавливайся!

А затем произошла самая невероятная вещь в мире — рваное дыхание Лукаса стало затрудненным, затем из него начали вырываться какие-то первобытные громкие звуки, потом начались неконтролируемые звуки каждый раз, когда он врезался в меня, и я поняла, что это возможно: кончить вместе, в одно и то же время. Как в чертовых фильмах или книгах!

Задержав свой оргазм прямо на пике, я пожелала, чтобы мое тело подождало его, и те несколько секунд, в которые я медлила, были в равной степени и мучением, и восторгом, такими, что я почти заплакала от усилий.

В конце концов, я больше не могла этого вынести и закричала его имя, когда притянула его к себе, мое лицо зарылось в его шею, и мое тело напряглось вокруг него.

И это случилось. Это, черт побери, случилось.

Когда ритмичные сокращения моего тело пошли на спад, Лукас погрузился глубже в меня, и я почувствовала, что его член начал пульсировать. Он застонал долго и громко, его движения сменились на небольшие толчки, которые продлили мой оргазм.

Волна за волной сквозь мое тело прошло невыразимое словами удовольствие, и я представила, что оно проходит и сквозь его тело тоже, как будто мы разделили один и тот же поток сексуального электричества. Мой рот открылся от абсолютного шока, и звезды — нет, целая гребаная галактика — вспыхнули перед моими глазами.

В конечном итоге наши тела замерли, а сердца остановились, угрожая взорваться прям в груди, но я все еще не могла говорить. Я едва могла дышать.

У меня не только был самый лучший секс за всю мою жизнь, включающий выкрикивание имени, дерганье за волосы, разрывание ногтями простыни от оргазмов, но я и усвоила кое-что.

Одновременный оргазм.

Не был. Мифом.

— Еще, — требовала я.

— Еще? Я уже сделал это дважды.

— Еще. Мне недостаточно.

Лукас закатил глаза, но еще раз наиграл первые аккорды «La Vie En Rose» (прим. пер. — песня Эдит Пиаф) на своей гитаре, и я с радостью захлопала в ладоши. Мы сидели на полу в гостиной, деля тарелку с виноградом — он называется изюм по-французски, разве это не странно? — и, отрывая куски от багета, который, как сказал Лукас, был вчерашним, и поэтому был слишком старым, чтобы есть, но для меня он был вкусным.

Лучше, чем вкусным. В действительности, я объявила его Лучшим. Багетом. Который. Я. Когда-либо. Пробовала.

Я немного испытывала Эйфорию После Второго Оргазма.

— Я хочу знать, что означают слова. — Я закинула еще одну виноградину в рот.