Он широко раскинул сеть, забросив в людские просторы имя Валерия Стеценко, и теперь ждал, когда найдется кто-нибудь, кто поведает ему о далеком прошлом. И такой человек нашелся. Это был некий предприниматель средней руки и солидного возраста, через фирму которого перегоняли контрабанду. Хана предупредили, что о личной встрече с источником не может быть и речи, пусть сформулирует свои вопросы, ответы ему передадут.
Вкупе со сведениями, полученными из сохранившейся у Кротова копии приговора и из других, в том числе и оперативных, источников, картина сложилась примерно следующая.
В начале восьмидесятых Стеценко промышлял валютой в крупных размерах и в составе довольно большой преступной группы оказался под следствием по «расстрельной» статье Уголовного кодекса. Дела о валютных операциях в те времена вели следователи КГБ. Долгое время Стеценко выступал только в качестве свидетеля, а когда количество собранных против него улик позволило привлечь его уже в качестве обвиняемого, произошло нечто непонятное, и Стеценко из уголовного дела выпал вообще, даже свидетелем не проходил, словно его и в природе не бывало.
А через несколько месяцев после этого он, пижон, модник и любитель ресторанов и роскошных женщин, оказался убийцей своей сожительницы – скромного диспетчера из ДЭЗа. Что за волшебная метаморфоза? Почему он исчез из уголовного дела и из шикарной жизни в целом и стал вести жизнь скромного, но много пьющего работяги? Может быть, это не один и тот же человек, а два совершенно разных, но с одинаковым комплектом документов? Эх, найти бы фотографию Стеценко того периода, когда он еще был процветающим валютчиком, и сравнить с фотографией человека, убитого месяц назад в Грохольском переулке.
Кстати, надо показать фотографию с места убийства Кротову и посмотреть, опознает ли он в убитом постаревшего «дядю Валеру». Возможно, людей с документами на имя Валерия Стеценко вообще не двое, а даже трое? Что-то в этом деле здорово не так.
* * *Борис снял ткань с готового портрета и повернул подрамник так, чтобы гость смог увидеть работу, которая была готова еще полтора месяца назад, но которую заказчик все никак не мог забрать, ибо находился в долгосрочном путешествии по Южной Америке. Тот долго рассматривал поясной портрет молодой девушки в турецком национальном костюме – такова была его прихоть. Потом шумно и с хрюканьем расхохотался.
