Лес на той стороне. Книга 1: Золотой сокол читать онлайн

Кто-то из западных етов бросился туда, где Хринг только что стоял, и напал на Бранеслава. Зимобор только сейчас узнал княжича, когда тот стал отбиваться сразу от двоих. Впрочем, это его не смутило – с хриплыми яростными криками он успевал обороняться, даже сам нападал, ударил одного щитом по голове, сбил с ног и нанес быстрый удар мечом, пока противник не опомнился. Второй в этот миг бросился на него, целя мечом в грудь. Приблизиться Зимобор не успевал, но под руку ему попалось древко копья – наконечник оказался отломан, но и обломанным концом он ударил в лицо противника, прыгнул и быстро добил топором, отвоевал еще шаг пространства и прикрыл бок Бранеслава.

Тот что-то крикнул – Зимобор не сумел расслышать за общим шумом, – что-то ободряющее, даже веселое…

И вдруг Бранеслав сильно качнулся и стал падать. Зимобор едва успел отскочить, прижался к борту, и тело безвольно упало на него. В груди Бранеслава торчала стрела, прошедшая насквозь, так что наконечник, похоже, показался наружу, не пробив, однако, кольчугу на спине.

Немеющей от напряжения левой рукой Зимобор безотчетно вскинул щит, прикрывая княжича и себя, выпустил топор, присел и придержал голову раненого. Лицо у того было изумленное, с широко раскрытыми глазами.

– Все… – выдохнул Бранеслав, невольно вцепившись в древко у себя в груди, словно хотел вытащить, но сил уже не было даже просто потянуть. На губах показалась кровь. – Ма… матушка… не веле… ла…

– Стрелу не трогай, может, еще…– начал Зимобор, помнивший один случай, когда насквозь прошедшую стрелу удалось сломать и вытащить, так что раненый остался жив.

Но не стал продолжать – кровь текла у Бранеслава через угол рта, а это значит, что пробиты легкие. От таких ран не оправляются.

– Не велела… обруча… Звяшка… пропала… теперь я… ма…тушка…

Бранеслав хрипел, захлебываясь, кровь текла на плечо и на доски палубы.

И вдруг в глазах у Зимобора потемнело. Воздух залила тьма, в ней мелькнул острый звездный блеск, напомнивший что-то уже знакомое.

Лязгнуло железо, остро сверкнуло совсем близко, но он не мог пошевелиться, не чувствовал своего тела, как уже было с ним когда-то… Прямо в лицо ему глянуло прекрасное девичье лицо – знакомое, как может показаться знакомой сама смерть, рано или поздно приходящая к каждому без исключения. И лицо это было оживленным, радостным, полным озорного лукавства, словно юной резвушке удалась какая-то остроумная проделка.