Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Тут же он услышал, как слева закричал Василий:

— Никита, помогай!

Не медля ни секунды, он бросился к Василию. Двое в чужих одеждах атаковали монаха на переходе — только сабли в темноте посверкивали.

С размаха Никита ударил степняка саблей по шее, и голова того слетела. Второго зарубил сам Василий.

Однако из-за стены карабкался новый враг. Оба, не сговариваясь, ударили его острыми концами сабель в лицо. Калмык заорал и упал с лестницы, сбивая по дороге своих товарищей.

Бой как-то сразу стих, причём на всех участках.

— Ты цел? — спросил Василий.

— Вроде, — Никита оглядел и ощупал себя. — Нигде ничего не болит.

— Это в горячке иногда бывает. Потом отпустит — узнаешь. А копьё твоё где?

— Из тела степняка вытащить не могу.

— Пойдём, подсоблю. Оружие бросать нельзя. Без него — никак, да и денег стоит.

Вдвоём они раскачали сулицу за древко и вытащили её из убитого.

— Вась, она в крови вся.

— О его одежду вытри, а то руки скользить будут. Ремень с ножнами сними с него и саблю трофейную туда сунь.

Всё монастырю прибыток.

По помосту прошёл ключарь.

— Все целы? Помощь нужна?

— Пока целы. Сами обойдёмся.

— У воротной башни двух послушников зарубили. Жалко, молодые совсем ребята. Держите факел.

— Зачем?

— Если снова полезут — зажгите и за стену бросьте. Так вам хоть немного басурман видно будет, а сами в темноте останетесь.

Ключарь, оставив один факел Василию, пошёл дальше и запнулся о тело убитого.

— Василий, подь сюда — помоги.

Вдвоём они сбросили убитого за стену.

— Не дело ему тут валяться.

Если быстро перебежать придётся, мешать будет. Сами могли сообразить.

Никита удивился, как всё просто. Выкинули труп за стену — и все дела. А и в самом деле, чего с врагом церемониться? Глумиться над павшими — грех, а со стены скинуть — благое дело. Не смердеть же трупу на стене. Тем более не исключено, что калмык больной был — той же холерой. В жарком климате эпидемии этого заболевания часто бывают. Холод же, как на русских северах, бактериям размножаться не позволяет.

К тому же калмык — всадник, потому и блохи не исключены, и вши, разносчики сыпного и брюшного тифа. В общем, многие знания — многие печали, или если попроще — меньше знаешь — крепче спишь.

Поскольку калмыки притихли, Никита с внутренней стороны стены обошёл периметр — он был не так и велик. Обходя, спрашивал — не ранен ли кто, не нужна ли помощь?

Убитых было всего двое — ключарь сказал уже. И легкораненых тоже двое. Никита раны мхом сушёным присыпал, перебинтовал.