Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

На кого-то оно похоже? Тот же испуг и беспомощность, то же отчаяние и последняя надежда…

– Люда! – Я был уверен, что она меня слышит. – Люда…

Рука бесконтрольно высыпала на ладонь все содержимое упаковки. Я поднес ее ко рту и замер.

– Ну же, трус!

В этот момент кто-то настойчиво загрохотал в мою входную дверь.

Глава 36

Ломились долго. Все это время я сидел и отрешенно смотрел перед собой. И только когда в замке заскрежетала отмычка, я медленно поднялся и направился в прихожую.

– Ты живой?! – В разверзшийся, словно окно в параллельный мир, дверной проем ввалился испуганный Коновалов.

– Чего не открываешь?! Я уже полчаса стучусь! Как чувствовал, приехал… Ты один? – Все тот же знакомый взгляд через мое плечо.

Я посмотрел на топтавшегося в дверях слесаря, на лице которого было полное разочарование из-за сорвавшейся халтуры, и захлопнул перед его носом дверь.

– Один.

Володя взволнованно ходил по квартире. Увидев рассыпанные по полу таблетки, вскинул на меня подозрительный взгляд.

– Хотел заснуть, – я попытался объяснить и не сразу узнал свой голос, таким чужим и потусторонним он показался мне в эту минуту, – бессонница…

– Ты смотри – бессонница! – Глупостей каких не наделай.

– Он взял веник и начал сметать беленькие шайбочки в совок; я завороженно смотрел, как он это делает. – Да что с тобой?

– Вова, я подвел людей.

– Кого? Гуру, что ли? Мирослава? Брось, не убивайся. Это издержки оперативной работы. Контора вызволит, она всемогущая. Соберись! Есть разговор. Левашов прислал меня ввести тебя в курс дела.

– Какого еще дела? – Я по-прежнему был не в силах сосредоточиться, все еще находился под впечатлением недавних переживаний.

– Серьезного. О! – Майор радостно выудил из-под стола бутылку с остатками водки. – Ты что это – в гордом одиночестве?

– Да это… с прошлого раза.

– Ладно врать-то: «с прошлого раза», меня не обманешь. Закусь найдется? – И, не дожидаясь ответа, полез в холодильник.

…Мы сидели за столом и уверенно приканчивали спиртное. На душе у меня постепенно становилось легче.

Володя обладал уникальной способностью подбодрить, разговорить или при необходимости уговорить собеседника (еще бы – опер со стажем!). Он как-то незаметно и спокойно разложил ситуацию по полочкам, дал оценку каждому событию, и все мои приключения неожиданно даже для меня, их непосредственного участника, предстали совершенно в ином свете. От сердца заметно отлегло.

– Что там за дело? – Я наконец почувствовал, что могу воспринимать информацию.