Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Энцо не хотел, чтобы она была несчастлива, став его женой, и не хотел, чтобы она растеряла хоть каплю своей страсти.

Он даст ей дом, а вместе с ним влияние и деньги, чтобы она могла делать, что ее душа пожелает. Например, получила образование, построила карьеру. И потом, не стоило забывать о физическом наслаждении, которое он умел дарить ей. Разве этого недостаточно?

Большего он дать не сможет.

Хватит, он лез из кожи вон, чтобы сделать счастливой свою мать, следить, чтобы она не спилась, удержать ее от ухода из семьи, и чем все закончилось?

– Ради чего мне оставаться? – фыркнула она на прощание.

– Твоему отцу не нужно ничего, кроме трона, а ты… Ты заботился не о моем счастье, а о своем собственном. Ты такой же эгоистичный, как он.

Только она говорила неправду. Эгоистичным был не Энцо, а они, его родители.

Отец в самом деле думал только о троне, но и мать ничего не интересовало, кроме собственных страданий.

По крайней мере, ее точно не волновало, что творилось на душе у старшего сына…

Мысли Энцо прервала какая-то суматоха у двери, ведущей в зал.

Он обернулся и увидел брата, приехавшего, как обычно, с опозданием.

Энцо взял за руки своих сына и невесту и повел их знакомиться с Данте.

– Поздоровайся со своим дядей Данте, – сказал он Саймону.

Малыш послушно поздоровался на прекрасном итальянском, как учил его Энцо, а потом мрачно глянул на новоприбывшего.

– Он обязательно должен мне нравиться?

Данте растерянно заморгал, а Энцо сдержался, чтобы не рассмеяться.

– Нет. Но он все равно будет твоим дядей.

– Ты можешь делать вид, как будто он тебе нравится, – с улыбкой предложила Матильда. – Это будет вежливо с твоей стороны.

– Ничего страшного, – улыбнулся Данте своему племяннику. – Ты не обязан быть вежливым со мной. Я сам невежлив с другими.

– Правда? – изумленно уставился на него тот.

Энцо решил, что одной минуты в компании Данте слишком много для ребенка, и, наклонившись к Саймону, шепнул, чтобы тот нашел Марию, потому что наступало время ложиться спать.

Малыш скорчил недовольную гримасу, но не стал возражать и кинулся вприпрыжку на поиски управляющей домом.

Когда Энцо выпрямился, он увидел, что его брат рассматривает Матильду, и в его взгляде читалось восхищение.

Он тут же обнял ее за талию и притянул к себе."

"– А это твоя будущая невестка, – сделал акцент на последнем слове Энцо. – Матильда Сент-Джордж. Матильда, знакомься, это мой ужасный брат, Данте Кардинали.

– Расслабься, Энцо, – весело посмотрел на него Данте.