Купель Офелии читать онлайн

Может, ему на поэтессе жениться? И взять фамилию жены? Богатым брак его не сделает, счастливым тоже вряд ли, но хотя бы аристократом станет. Как не стать с такой фамилией? Кто он сейчас? Ванька Терехин. А будет – Иван Воронин-Колченогов. Это вам не хухры-мухры! Глядишь, с такой-то фамилией спонсор для их проекта быстрее найдется."

"«Зря я в дурку эту сумасшедшую клюшку упек», – вдруг расстроился Ванька. Она хотя бы иногда пельменями подкармливала… с кошатиной, из соседней кулинарии. Борщ опять же однажды сварганила с сосисками.

До того счастливого момента он и не подозревал, что бывает сосисочный борщ. Впрочем, не такая уж Галка и сумасшедшая. Можно сказать, совсем не сумасшедшая. Обычная среднестатистическая поэтесса. Ну с заскоками. А у кого их нет? Лукин, к примеру, как нажрется, всем втирает, что написал сценарий, отправил его в Голливуд и скоро сам Вуди Аллен начнет снимать по нему фильм. Идиот!

А Сеня действительно писал сценарий, правда, известный американский режиссер пока был не в курсе его стараний.

Для будущей культовой картины Лукин взял за основу актуальные темы однополой любви и фашизма, решив с лету прибить двух зайцев разом. К работе он подошел с невероятным энтузиазмом, но вскоре дело застопорилось. Потому что в ночном клубе к Лукину неожиданно пристал с недвусмысленным предложением гей, выветрив из души Сени толерантность и вдохновение разом.

После стычки с гражданином нетрадиционной ориентации Лукин пришел домой и написал вместо запланированной любовной сцены кровавый эпизод расчленения однополых влюбленных неизвестным маньяком в черном плаще и маске.

На этом этапе работа над сценарием культовой картины была вынужденно заморожена. Сеню смущало, что у него выходит примитивный сценарий детектива, а он-то планировал написать психологическую драму с глубоким философским смыслом.

Остыв от потрясения после произошедшего в общественном туалете клуба, Лукин отправил эпизод в корзину. Но неизвестный маньяк неожиданно переселился со страниц сценария к Сене в мозг и теперь частенько заявлялся к нему по ночам, дразнил, размахивая окровавленной секирой, и мешал Лукину продолжить работу над своим бессмертным творением.

«Кто, спрашивается, нормальный в этом мире?» – размышлял Ванька. Галочка Воронина-Колченогова, гуляющая морковными пятками по крышам кургузых пятиэтажек? Или Сеня Лукин со своим Вуди Алленом? Определенно Галочка! Однако поэтесса в дурке, а придурок Сеня – на берегу Москвы-реки… Сидит, понимаешь, уток дразнит.