Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Закрой свой рот, грязный человечишка с кожей цвета дерьма!

— С какой поры у дерьма цвет меди, гном? — процедил Шакх. — Или здесь для тебя слишком светло и глаза режет? Ну так давай, вырой себе нору!

— Если я вырою себе нору, то только для того, чтобы в ней же тебе и похоронить! А когда я это сделаю, то построю сверху красивый такой нужник, чтобы все знали — срать сюда! И когда они заглянут в дырку, то увидят, что там уже лежит дерьмо!

— Смерть близко, — резюмировал Гай.

— Ядреный, однако, табак, — прокашлялся Абрахам.

— Хмм, — опять промычал Артеус.

Позади Шакх и Гном уже почти сошлись в смертном поединке. Их пыталась успокоить подоспевшая Летея, вставшая между бранящимися. Гай отстранено смотрел в костер. Абрахам курил и делал вид, что все в порядке, Артеус поглаживал посох и мычал, а Хаджар.

Хаджар вдруг широко улыбнулся и засмеялся. Чисто и искренни. Сам даже не зная почему. Ему вдруг стало очень тепло.

Настолько, что это распирающее чувство превратилось в смех.

Наверное, просто костер слишком жаркий…

— Смотрите, — Албудрт опустил топоры. — Смотрите, о Каменные Предки, до чего эти людишки довели моего друга Хаджар-дана. Он окончательно потерял рассудок. Помниться моя бабушка…

— Всем плевать на твою бабку, гном.

— Что ты там сказал про мою бабулю, дерьмо-кожаный?

— Дерьмо-кожаный? Ты долго думал, перед тем как это выдать? Хотя, о чем я. Какое думать.

Для этого ведь нужны мозги, а не покрытый мхом камень!

— Да я тебя…

— Ну давай… тебе еще дотянуться надо, коротышка!

Топоры и сабли уже почти скрестились, как между ними возникло сияющее копье.

— Да хватит вам! — прикрикнула Летея, что для неё совершенно не свойственно. — Мне абсолютно все равно — хотите вы прибить друг друга или нет. И уж тем более — по какой причине! Но, — принцесса Звездного Дождя выдохнула и поправила волосы. — если вы это сделаете, то облегчите задачу Ордену Ворона.

Гном с Шакхом переглянулись, одновременно фыркнули и убрали оружие.

— К твоему сведению, гном, варвар всегда был таким — сумасшедшим. И не наша вина, что при рождении Вечерние Звезды выжгли его разум.

— К твоему сведению, дерьмо-кожаный, меня мало волнует мнение человечишки.

— Смерть близко, — закончил диалог Гай.

Хаджар же, отсмеявшись, вытер слезы и повернулся к Артеусу.