Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Каждый из фанатиков, как и сам Хаджар, носил в себе осколок души Черного Генерала.

И если камень был способен выдернуть из небытия душу (если учесть реальность перерождения — её, возможно, копию), то…

— Вы хотите освободить половину души Черного Генерала, — выдохнул Хаджар, ощущая на плечах всю тяжесть осознания того, что может произойти. — Вытащить его со Скалы Черепов.

Все та же широкая, кривая улыбка безумца стала лучшим подтверждением тому, что Хаджар был прав. Если орден заполучит артефакт, то сможет, каким-то образом, вряд ли таким тривиальным, как просто — коснуться камня (иначе бы Элегор уже бы принес себя в жертву общему делу ордена), вернуть Черного Генерала в мир.

Но… в таком случае по какой причине крупнейший из осколков Врага, запертый в душе Хаджара, предостерег его от Камня Душ. Почему он сказал, что они оба будут уничтожены?

Ведь, по идее, погибнуть должен только сам Хаджар, а Черный Генерал практически обрести целостность и, тем самым, освободиться от оков души Хаджара.

Проклятые интриги…

— Не думаю, что у тебя хватит сил Элегор справиться со всеми нами, — Эден явно времени зря не терял и воспользовался заминкой, чтобы восстановить силы. Кровь больше не капала на пол с его руки, а булава больше не тряслась из стороны в сторону, намереваясь опуститься на пол.

При этом Хаджар не видел, чтобы Эден использовал алхимию. Лишь ощущал, как все это время странным образом пульсировал свет Терны внутри главы Сумеречных Тайн. Он целебной водой омывал тело Опаленных Крыльев, позволяя тому восстанавливаться со скоростью, о которой Хаджар не слышал даже когда дело касалось лучшей из доступных Небесным Императорам алхимии.

Только целители высоких ступеней развития могли делать то, с чем справлялся Элегор при помощи одной лишь Терны.

Хаджар действительно находился в компании адептов, шагнувших далеко за пределы не только его понимания, но и способностей.

— Патовая ситуация, неправда ли, — хмыкнул Элегор.

Глава 1688

— Убирайся с моей земли, фанатик, — прорычал Эден.

— забирай своих шавок и проваливай."

"Горенед сделал вид, что задумался. Даже затылок картинно почесал. Интересно, именно так другие видели Хаджара из-за чего и прозвали его Безумным. Но одно дело носить немного незвучное прозвище, а другое дело — действительно страдать расстройством рассудка.

Элегор Горенед являлся, как это было принято называть в современном мире Земли — ярким представителем прослойки социопатов.