Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Представитель «Эстет Идеаль» заверяет суд, что затребованная информация будет предоставлена незамедлительно, но вряд ли у двери клиники ожидает на низком старте еще один мотогонщик, так что у всех присутствующих есть время отдохнуть.

Я это делаю в своем кабинете. Бесценный Дима в очередной раз безоговорочно победил кофемашину, и я пью американо в прикуску с книгой жалоб.

Если вникнуть, это весьма занятное чтиво.

Негативных отзывов в общей массе записей немного, только четыре, и все они оставлены женщинами.

Пожалуй, тут удивляться нечему, ведь дам среди пациентов клиники намного больше, чем джентльменов. К тому же недовольные мужчины, как правило, не выясняют отношения заочно. И не оставляют письменных следов, то есть жалоб. Они идут к кому надо и адресно высказывают свои претензии в понятных обеим сторонам выражениях. Швыряют перчатку, обнажают шпагу или попросту пускают в ход кулаки… Короче, письменная жалоба – это скорее женский стиль, я думаю. Впрочем, я – не психолог.

А жаль.

Потому что есть ощущение, что всем дамам, оставившим негативные отзывы, не мешало бы посетить другую клинику – психиатрическую.

Возьмем, к примеру, жалобу некой Вероники Павловны Трофимовой. Прежде чем, собственно, пожаловаться, она довольно долго, обстоятельно и благожелательно пишет о сервисе и отношении лично к ней персонала, и вдруг после умилительной фразы: «Такую вкусную творожную запеканку я в последний раз ела в детстве, у бабушки» – вдруг буквально взрывается гневным: «Отвратительное заведение, и доктора хуже некуда!» Почему так внезапно? Я бы поняла, если бы дама на протяжении двух предыдущих абзацев текста повышала градус, накручивая себя, как это делают бойцы перед поединком.

Но – нет, все было тихо, мирно, прилично и даже благостно, и вдруг такой откровенно враждебный выпад. Неуместный, как репей вместо бантика на хвосте ухоженной собачки.

Похожая картина с отзывом Александры Игоревны Прониной: эмоций много, логики – ни капли.

Сначала Александра Игоревна в классическом канцелярском стиле сухо благодарит всю клинику и лично профессора Васильева «за проделанную работу и успешное выполнение поставленной задачи», а потом вдруг пишет: «На самом деле, все очень плохо, не могу смотреть на себя в зеркало, меня просто изуродовали» – и ставит после этого неожиданного заявления сразу три восклицательных знака.

А есть еще отзыв Сусанны Гариковны Татулян.