Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Но мало кто знает, что стало с королем, — пел Экзаелс. — Королем, чье королевство погрузилось в свои последние — осенние сумерки. Так началась эта история. Так её пела мне моя мать, а её — её мать, и матерь её матерей. И теперь спою её вам и я. И, может, если мы будем внимательны, то услышим шепот последнего короля Чужих Земель.

Глава 1624

Экзаелс взял небольшую театральную паузу, будто хотел, чтобы каждый из тех, кто остался в таверне проникся всей важностью момента. Но народ оказался не из тех, что будут пускать слюни по старым легендам или смазливым музыкантам.

Так что, прокашлявшись, бард продолжил.

— Много ли вы слышали истории о дворцах и замках, достопочтенные сэры и прекрасные леди, — пел Экзаелс. Его пальцы быстро, но нежно бежали по струнам, и музыка постепенно укутывала зал теплым одеянием ранней осени. — Замок, что сложен из моих стихов, а дороги к нему — из струн, нельзя называть самым большим или самым крепким. Его шпили не тянулись к кудрям Ирмарила и крыши не могли пронзить сердце бродяги блеском драгоценных металлов.

Перед внутренним взором Хаджара сам собой возник пусть и крупный, но простой замок, построенный и служащий лишь одной цели — защищать тех, кто укрылся за стенами внутри.

— И все же, каждый, кто проходил эти места, не смел поднять ни руки, ни меча на многочисленные деревни и городки, разбросанные по пределам королевства, — Экзаелс дернул струну и затих, а затем, когда убедился, что внимание всей таверны приковано не к его рукам, а к его лицу — снова ударил по струнам.

— пусть так и было лишь в прошлом. Теперь же черный замок надгробной плитой возвышался над выжженными и мертвыми землями. Здесь Радужные Эльфы больше не пели своих песен, а их прекрасные дворцы, умещавшие в совиных гнездах и бутонах цветков, сгорели и прахом развеялись по ветру. Люди не танцевали вокруг костров, а единственный огонь, что горел — вечно чадящие поля битвы.

Хаджар вспомнил историю, которую ему рассказывал Шенси. Про появление топей Эглхен. Повернувшись к спокойно тянущему брагу Абрахаму, он прошептал:

— Разве Эглхен не…

— Каждый рассказывает историю так, как он её слышал, — перебил его Шенси. — я слышал так — Экзаелс, иначе. Где правда, а где ложь — какая разница? Это просто истории, парень.

Хаджар никак не ответил, а Экзаелс продолжил балладу."

"— Все вы слышали о топях Эглхен.