Предатель. После развода (СИ) читать онлайн

Я бы нескольких зайцев, как она сказала, пристрелила. Вызвала бы у детей истерику, бывшую такой новостью щелкнула по носу, и вопрос о том, чтобы простить-принять Германа, вспыхнул бы синим огнем гнева.

Но я сама налажала.

Я пришла раньше.

Я хотела разведать ситуацию, успокоить за пару часов бдительность детей, а после, может быть, вытащить козырь из рукава.

Может быть.

Потому что все могло обойтись и без моего обмана с ложным тестом.

Ирка еще на мою претензию, что я как бы не беременная, ответила:

— Это крайняя мера.

После она сказала, что за определенную сумму меня в клинике могут сделать беременной. Искусственная инсеминация. Или даже эко, но оно дороже.

Господи, какая я дура!

Послушалась идиотку, которая смски пишет с ощибками. Стукнуть бы сейчас по лбу, но я вместо этого прикусываю кончик языка до острой боли и пускаю слезу.

Я не зря в свое время решила пойти в театральный кружок.

— Ты меня отправишь на аборт?

Я понимаю, что сама себя закапываю.

В глазах Германа я вижу не удивление и растерянность, а разочарование. Он точно мне не верит.

Проклятье.

А женушке бы своей точно поверил.

— Отправить на аборт? — Герман усмехается, и мне от его усмешки холодно. — У меня разве есть такое право?"

"Я себя не только закопала, но собственноручно поставила поверх своей могилы гранитный памятник.

— Ветер холодный, — поднимает ворот пальто и неторопливо шагает в железной двери со следами ржавчины у петель.

— Но Герман…

Делаю неуверенный шаг за ним.

Я должна заткнуться, но меня начинает распирать от злости.

Меня поматросили и бросили.

Я этому гондону завтраки, мур-мур, поцелуйчики, массаж, а он меня выкидывает, как использованный гондон в окно. Стоило только Анфисе пальчиком его поманить.

— Я все равно рожу ребенка!

А, может, аферу с искусственной инсеминацией действительно провернуть, а? Потом и с тестом на отцовство подшаманить?

— Ди, — Герман лениво разворачивается ко мне, — а ты ведь хорошо держалась, — улыбается, — что же ты сейчас так резко отупела?

— Не надо меня оскорблять, — всхлипываю.

— Что ты подумала? — хмыкает.

— Герман, не будь со мной таким жестоким…

Вот теперь на лице Германа я вижу презрение и отвращение.