Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Испанцы по праву гордились своими галеонами, мощными и мореходными кораблями с прекрасным пушечным вооружением. Но караки превосходили и по скорости, и по корпусу. У голландцев переменный и шельтердечный пояса собраны из дубовых досок толщиной в 25 сантиметров. Настоящая броня, которую возьмет не каждая пушка. Здесь галеон заметно уступал со своей обшивкой в 15 сантиметров. Условия предстоящего сражения изначально в пользу противника.

— Приказ транспортам каравана! Увеличить скорость и рассредоточиться!

На ветру затрепетали белый флаг с красным крестом и, через разделительный гюйс, белый флаг с широкой красной полосой.

— Дон Алато, — заговорил адмирал, не отрываясь от подзорной трубы, — я вижу только один выход. Мы связываем врага сражением и даем транспортам шанс уйти.

— Наш долг — сохранить корабли конвоя, другого пути я не вижу, — ответил капитан.

— Эскадре! Поворот на обратный курс!

На мачте взвился желтый флаг с синей полосой.

— Мы уведем противника от каравана, — пояснил свой приказ адмирал, заметил поднятую руку вахтенного офицера и скомандовал: — Исполнительный!

Корабли четко отрепетовали сигнал, и вот замыкающий строй Peces feliz начал красивый разворот.

Что ни говори, а контр-адмирал Филипп ди Дорру принял абсолютно верное решение. Караки начали перестраиваться, половина кораблей вытянулась в линию, следуя параллельным с галеонами курсом. Другая часть кораблей постепенно уваливалась под ветер с расчетом отсечь охрану от транспортов.

— Нам бы продержаться до вечера, — дон Алато поежился от начинающего моросить дождя.

— Вы посмотрите на этих баранов! — воскликнул старпом.

И правда, транспорты, подняв максимально возможное количество парусов, уходили в океан плотной толпой.

— Трусы! Сколько раз им сказано о различных вариантах самостоятельного плавания! — зло заметил адмирал.

— А почему они не хотят рассыпаться?

— Потому что трусы! На всякий случай стараются прикрыться бортом другого корабля!

— Так себе же хуже! И товарища подставишь, и сам пропадешь. Никакой логики, как будто первый раз в море.

— Трусость не имеет логики, — заметил адмирал и принял из рук вестового заботливо поданную накидку из толстого шелка.

Моросящий дождь повысил его настроение. Видимость ухудшится, и караван имеет хороший шанс скрыться на океанских просторах. Матросы поставили на мостике кресло с навесом и маленький столик. Второй кок принес ароматный кофейник и накрытую салфеткой плетеную корзиночку со сладкими булочками."

"— Синьоры, прошу вас, угощайтесь.