Командир полка Герой Советского Союза полковник Крохалев Анатолий Ильич находился с основным составом полка под Ленинградом, а здесь командовал капитан Агеев. «Ар-2» были еще не модернизированные, но, увидев их, Олег вдруг подумал, что летчиков, владеющих техникой ударов с пикирования, в ВВС не так много. А про «полбинскую вертушку» еще никто и не слышал, поэтому Северов решил ею озадачиться. Разумеется, в прошлой жизни Северова удары с пикирования неуправляемыми авиабомбами были обычным делом, но вот техника была совсем другая, прицельные приспособления, мягко говоря, очень сильно отличались.
Собственно, про «вертушку» Олег помнил следующее. Бомбардировщики образуют над объектом замкнутый круг и затем поочередно, сохраняя между самолетами дистанцию около пятисот метров, пикируют на цель. Последовательность должна быть такой: когда первый самолет, сбросив бомбы, выходит из пике, второй уже пикирует, а третий только еще входит в пикирование. Когда Северов поговорил с Агеевым, тот понял его, что называется, с полуслова, два дня думал, обсуждал что-то со своими ребятами, а на третий начали отрабатывать на практике.
Это Олег видел сам, поскольку летал с эскадрильей в сопровождении, шестерка непосредственного прикрытия и звено высотного.
В первый день ноября случился на аэродроме небольшой инцидент. Прибыл на аэродром лощеный майор из штаба Северо-Западного фронта, да не один приехал, а со своим догом. За какой надобностью он его, вернее, ее притащил, осталось невыясненным, но дог этот сразу напал на Степашку, который мирно ожидал хозяина около здания штаба.
Степа пострадал бы очень прилично, если бы вообще остался жив, но, на его счастье, рядом оказался лейтенант Доржиев. Бадма вообще имел к живности особый подход, не растерялся и тут, быстро подскочил, схватил дога за хвост и резко дернул вверх, потом вниз, будто одеяло трусил. Дог от неожиданности Степашку выплюнул, а когда волна дошла до головы, аж зубами щелкнул. Буряту понравилось, тряхнул еще раз, схватил обалдевшую псину за шиворот, раскрутил и запустил в сторону ВПП.
Полет был недолгим, но сопровождался вращением и эффектным падением. Когда Северов вышел из штаба, дог истошно завывал, сетуя на сломанный хвост, его хозяин вопил как резаный, Степашка, уткнувшись мордой в хозяйские брюки, громко жаловался на несправедливую жизнь, летчики возмущались. Посреди всего этого безобразия стоял невозмутимый Бадма, улыбался и щурил свои и без того неширокие глаза.
