Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– А я что-то не понял, – уставился на свою фею в переднике и с подносом в руках. – Не твоя же смена.

– Моя, не моя, какая разница, – пожала плечами. – Не буду же сидеть и смотреть, как Вася с Кириллом разрываются на два зала.

– Как прошло? Думал, позвонишь, доложишься, – подошел к ней, в глазах его плескалась радость, озорство.

– Хорошо прошло.

– Алин, все в порядке?

– Угу. А ты чего такой взмыленный? Куда ездил?

– По работе. Еще вот, – кивнул на букет, удивившись равнодушию феи к цветам.

– Они красивые.

Твои букеты всегда очень красивые, – изобразила улыбку.

И потекли часы. Алина старалась не думать о разговоре с Викой, иначе глаза начинало неприятно щипать, на Рому тоже старалась лишний раз не смотреть. Говорить с ним все равно будет дома. Скорей бы закончился рабочий день.

Но после закрытия народ и не думал расходиться, вместо этого Алину выдворили на задний двор «подышать воздухом». Само собой, она догадывалась, что ребята затеяли какой-то крутеж-вертеж, а инициатором выступил, конечно же, Довлатов.

И почему в ее жизни всегда так? Любое приятное события заканчивается тотальным разочарованием. С выпускным было то же самое, мало того, что одноклассники напились, так еще и дома ждало очередное испытание – мать с разбитым лицом и переломом руки, а в дни рождения проще было вообще не появляться дома.

Вдруг дверь открылась и на пороге показалась Вася с бенгальским огоньком в руке.

– Идем, – поманила подругу. – Сегодня твой день, Динь-Динь.

Алина даже не переоделась.

В кофейне царил полумрак, тишина. Но стоило войти в зал, как глазам феи предстала картина, трогающая за душу. По центру на столе ее дожидался большой торт, украшенный по кругу бенгальскими огоньками. Они искрились, потрескивали. И стало так грустно, до слез. Ведь это не поздравление, это прощание с кофейней, правда, знает об этом лишь она. Хотя нет, еще Довлатов.

Спустя пару минут зажегся свет. С ума сойти… Столики были сервированы, на каждом в вазочке краснел или розовел пион. Под потолком колыхались гелевые шарики в тон цветов.

А в метре от торта собрались все, кто был дорог сердцу.

– Поздравляем! – произнесли хором и раздались аплодисменты. – Учись на пятерки, студентка!

– Спасибо, – расплылась в улыбке, слезы таки поползли по щекам. – Как же я всех вас люблю.

И Алина не соврала, она любила всех. Рому особенно, оттого душа и выворачивалась наизнанку.

– Позволишь пригласить тебя на танец? – подошел к ней Довлатов, следом зазвучала музыка.