Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А ты мне вот что скажи, как литератор, – Мила усмехнулась, – почему Анну Каренину задавил поезд?

Удивленная резкой сменой темы, Женя отодвинула чашку.

– Кольцевая композиция. Поезд в начале, поезд в конце.

– Я не про композицию. Почему именно поезд? Почему не экипаж, не конь, не велосипед, в конце концов?

– Таков был замысел автора, – Женя пожала плечами. – Возможно, Толстой выбрал поезд, потому что в этом случае смерть вернее.

– Вот именно! – Мила назидательно вытянула палец, мимоходом удивившись, откуда у нее этот учительский жест.

– Поезд символизирует мужчину. Мужик, как и поезд, предсказуем, катится по накатанным рельсам. И, прости за грубое обращение с классикой, не раздавит тебя, пока ты сама под него не ляжешь.

– Не думаю, что у Толстого были такие ассоциации, – холодно процедила Женя.

– А ты за него не отвечай. Просто держись от Руслана подальше. Не нужно больше приходить в клинику. Если захочешь увидеть нас с Мишей, приходи домой. Или нас к себе приглашай. Но дорогу в клинику забудь.

Женя смотрела на нее так серьезно, так расстроенно… Милино сердце заныло от жалости. Для кого первый возлюбленный не был божеством?

– Я открою тебе один секрет, – сказала она после небольшой заминки. – Если ты пообещаешь молчать.

– Обещаю.

– Ты влюблена в Руслана…

– Я не влюблена!

– Хорошо, допустим. Ты восхищаешься Русланом, так можно?

– Можно. – Жене хотелось изобразить обиду, но ее поджатые губы вдруг расплылись в улыбке, против воли хозяйки.

– Ты восхищаешься им больше всего как кем? – наседала Мила.

– Как прекрасным хирургом, талантливым ученым или просто красавцем?

Женя пожала плечами."

"– Всем вместе, в комплексе, верно? Так вот, дорогая, хочу тебе признаться, что в этом комплексе Руслан это только внешность, голос и манеры, а остальное – это я!

Женя посмотрела на нее с изумлением.

– Да-да, я, – повторила Мила. – Он просто хороший мужик приятной наружности. А обе диссертации ему написала я, диагнозы больным ставлю тоже я, а в операционной он хоть и стоит на месте хирурга, но без моей помощи в буквальном смысле как без рук.

– Но это бред! – прошептала Женя.

– А не бред, что мои достижения не замечали в упор просто потому, что я женщина и у меня нет покровителей? – вскинулась Мила. – Так вот, скажу тебе без ложной скромности, у меня были знания, клиническое чутье, блестящая техника и способности к научной работе. А у Руслана – мужской пол, фактурная внешность и мама-профессор.