Видимо, им и в голову не приходило, что одно торговое судно непонятной конструкции отважится напасть на их караван. Только, когда нас с жертвой разделяло всего пара кабельтовых и стало понятно, что мы задумали, на остальных галерах, начиная с предпоследней, по очереди подняли красные флаги, передавая сигнал флагману о нападении на эскадру. Предпоследняя галера повернула влево, собираясь лечь на циркуляцию и атаковать меня. Развернуться быстро они не могли, слишком велика была инерция.
На носовой платформе последней галеры собрались два десятка арбалетчиков.
Тетиву натягивали руками, поэтому стреляли не так быстро, мощно и далеко, как мои. По мере сближения судов, вражеских арбалетчиков становилось все меньше. Погибло и двое моих. Еще человек пять были ранены. Тарана у галеры на было, но она попыталась встретить нас форштевнем. Мы въехали ей в левую скулу. Удар был сильный, я чуть не упал, хотя держался за фальшборт. Шхуна протяжно загудела пустым трюмом. Визгливо заскрипело трущееся дерево. Нос шхуны отбросило вправо, а корму — влево.
У галеры — наоборот. В итоге мы, потеряв большую часть инерции переднего хода, пошли вдоль ее борта на удалении метров десять. Несколько «кошек» уже зацепились за фальшборт галеры. Никто даже не пытался отцепить их. Мы были выше, поэтому мои арбалетчики стреляли сверху вниз, быстрее и прицельнее."
"У галеры вдоль бортов шли палубы, закрывающие гребцов не столько, наверное, от водяных брызг, сколько от палящего солнца, причем в кормовой части, где лежал груз, палуба была сплошная, от борта до борта, с грузовым люком в центре.
Там, где сидели гребцы, в палубе было длинное прямоугольное отверстие, ограниченное чем-то типа леерного ограждения с деревянными стойками. У кормового среза отверстия, под тентом из куска парусины, натянутым между мачтой и ограждением, стоял большой барабан, чтобы задавать гребцам темп. На баке под площадкой для арбалетчиков находился кубрик для экипажа. Переднюю переборку заменяли три куска парусины, средний из которых, не привязанный внизу, колебался.
Наверное, там прячутся оставшиеся в живых арбалетчики. На корме располагался надстройка, у которой был длинный деревянный козырек. Из-за него не было видно тех, кто стоял у надстройки, в том числе и рулевых, которые продолжали ворочать длинное рулевое весло левого борта.
Остальные весла гребцы левого борта успели убрать, поэтому остановились мы не так быстро, как мне хотелось бы, дошли носовой частью шхуны почти до кормы галеры.
