Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мастер не стал присваивать себе, не обманул, да еще и сам оформил бумаги. Вот получу первую выплату через месяц — отблагодарю!"

"В комнате нас встретил задумчивый эльф, уши которого опять покраснели, когда братец вывалил ему на кровать ворох одежды. Ничего изысканного, «обычный походный костюм», как обозвал эти тряпочки Эль. Себе я ничего так и не подобрала, всё казалось или слишком дорогим, или непрактичным, или неудобным.

Пока Хранитель помогал ушастику переодеваться, я стояла у окна и разглядывала прохожих. Потом мы ужинали сине-зелено-розовым рагу, а на десерт мне опять принесли парфе.

Эль умилялся, глядя, как я довольно щурюсь, и даже Лари, ужинавший с нами за столом, улыбнулся.

— Вы так любите сладкое, леди? — склонил он голову, каким-то чудом умудряясь не залезать волосами в грязные миски.

— Да я бы не сказала, — пожала я плечами. — Просто понравился этот десерт. А у тебя какое любимое блюдо?

— Сложно сказать, — пожал он плечами, глядя, как я облизываю ложечку. — Вы сейчас очень похожи на мою сестру.

Она тоже любила сладости, когда была маленькая.

— А сейчас? — я с любопытством уставилась на эльфа. Как он выглядел, когда был маленьким? Есть что-то в нем такое неуловимое, что мешает представить его ребенком.

— Выросла, — пожал плечами эльф и встал из-за стола. Я проследила взглядом, как ушастик лег на кровать и отвернулся к стенке. Упс, кажется, он расстроился. Тяжелые воспоминания? Ну кто же знал!

Ночью мне снился снег. И мир, в котором я родилась. Белые пушистые хлопья укрывали пустые улицы, приглушали шаги, накрывали всё, словно саван.

Я снова одна, мне некуда идти, и Эль никогда за мной не приходил. Давящая тишина, издевательски-нарядный снег, который хоронит все мечты и надежды… Я бежала, пытаясь скрыться от одиночества, я плакала, не в силах вынести это.

— Рита, Рита! Ну же, проснись, моя хорошая. Тише, тише, я рядом, я никуда от тебя уже не денусь. Тише, всё хорошо, это просто сон. Я с тобой, это был просто сон…

Я медленно осознаю, что лежу в кровати, на постоялом дворе, в мире, который ждал меня настолько, что прислал за мной Хранителя.

И Эль, милый Эль, держит меня на руках и гладит по голове.

— Это просто сон, Хранимая, не плачь…

— Мне приснилось, что я снова одна, в пустом мире, который пытается про меня забыть, — всхлипнула я, уткнувшись брату в плечо. С другой кровати на нас смотрели с сочувствием и долей понимания небесно-лазурные глаза эльфа.

— Я с тобой, сестренка, я рядом, — шептал Эль, укачивая, как маленькую.