Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Уж не преднамеренно ли он заставляет ждать? Весьма вероятно, думала девушка, потягивая восхитительный напиток.

Адвокат пользуется репутацией сильного стратега, который без колебаний нанимает и увольняет служащих, все они безукоснительно выполняют его распоряжения. Он добивается успеха во всех начинаниях и любой ценой. Уважает людей предприимчивых, дураков презирает. Такие вот сведения удалось собрать Лючии.

Что за мужчина скрывается за этим обликом?

По силам ли ей тягаться с ним? — размышляла она, ставя чашку на блюдце.

— Мисс Рицци…

Она испуганно вздрогнула при звуке голоса — граф вошел в комнату бесшумно, как кошка."

"— Здравствуйте, Бруно Морона Валенсо, — произнесла девушка со спокойствием, которого не ощущала. Если бы она держала в руке чашку, та непременно стукнулась бы о блюдце.

— Примите мои извинения, что заставил вас ждать.

Он не объяснил причины, и Лючия не стала спрашивать. Она смотрела холодно и отчужденно, лицо превратилось в маску нарочитой вежливости.

— Вы уже выпили чай? Хотите еще?

Сшитые на заказ брюки и белая рубашка подчеркивали мощное телосложение.

Домашняя одежда резко контрастировала с вечерним смокингом, в котором граф присутствовал на приеме.

И Лючия почувствовала себя неловко в ярком красном костюме, облегающем фигуру, черных чулках и такого же цвета лодочках.

— Спасибо, нет. — Она откинулась на подушки дивана, пытаясь казаться такой же расслабленной, как Бруно.

— Надеюсь, ожог не доставляет вам неприятностей?

Хотя кожа еще была воспалена и побаливала, волдыри, однако, не вздулись.

— Да, не беспокойтесь.

Граф не поставил под сомнение ее утверждение.

— Обед подадут через полчаса.

— Вот как! — сказала Лючия чуть насмешливо.

Он удивленно приподнял брови.

— Я же пригласил вас именно на обед.

Лючия молча изучала его лицо: широкие крепкие скулы, чувственные очертания рта, синевато-серые глаза, настороженные, как у хищника. Интересно, подумала она, могут ли они осветиться нежностью?

Видимо, только необыкновенной женщине удалось бы пробиться сквозь броню его сердца.

Отпускает ли он тормоза, получает ли наслаждение от простых удовольствий? В зале заседаний суда на него смотрят как на икону. А в спальне? Вне всякого сомнения, сексуальными приемами граф способен довести женщину до безумия. А вот любил ли он когда-нибудь по-настоящему? Сходил ли с ума от страсти? Или предпочитает держаться на расстоянии?

Увы, мне никогда не суждено этого узнать, призналась себе девушка со свойственной ей честностью.