Надоело мне торчать в жарких и влажных джунглях. Не то, чтобы я не любил их, но на горных плато климат намного суше и прохладнее.
Долго ломать голову над причиной, подвигнувшей меня покинуть обжитые места, не стал. Сказал, что наладил жизнь здесь, а теперь надо в другом месте создать, так сказать, «рабочие места» в верхушке общества для тольтеков, которые постоянно прибывали на Юкатан, причем не только из Толлана. По Мексиканскому нагорью разнеслась весть, что где-то на востоке, в землях майя, Кетцалькоатль делает знатью даже простых крестьянин.
Желающих совершить стремительный рывок по социальной лестнице появлялось всё больше по мере того, как дела в Толлане и окрестностях становились всё хуже. На тольтеков возобновились нападения чичимеков, узнавших, что их соседи лишились божественной опеки, а людей, прогнавших бога, следует, как минимум, ограбить.
44"
"Аборигены называют эту, как по мне, маленькую реку Большой. Видимо, рядом есть еще меньше. Она будет судоходна в нижней части, и немного выше устья построят порт, в котором я не бывал, только на карте видел.
Название не запомнил, потому что в то время даже выговорить мог с трудом. Наши купеческие и переселенческие караваны неоднократно останавливались возле устья на ночь, поэтому местные майя знали нас, продавали провиант. На этот раз нам потребовались проводники на западный берег материка. Желающие нашлись сразу, ведь я пообещал заплатить вперед бобами какао. Один проводник расположился в авангарде, второй — в середине и третий в арьергарде нашей флотилии из почти девяти десятков больших лодок, на постройку которых ушло месяца три.
Вместе со мной отправились в путь около полутора тысяч добровольцев, тольтеков и майя, из которых две с половиной сотни были профессиональными воинами: сто пятьдесят копейщиков и сто лучников. Остальные мужчины были по большей части рудокопами и литейщиками, сидевшими на Юкатане практически без дела. Примерно три четверти переселенцев составляли женщины и дети.
По мере того, как мы поднимались вверх по реке, она становилась уже и мельче, и изредка деревья, растущие вплотную к воде, расступались, образовывая что-то типа пляжа, на котором в большинстве случаев грелись кайманы.
От аллигаторов они отличаются меньшим размером, костными пластинами на животе и гребнем на переносице чуть ниже глаз. На вкус напоминают рыбу, более плотную и без костей. Мы запасались в таких местах свежим мясом, а иногда еще и останавливались на ночь.
