Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Линли подумал про несколько минут удовольствия, которые он мог бы сейчас получить, смешав оскорбление с жесткой критикой — Бог свидетель, Шеферд отделался легким испугом, увольняясь с благоволения начальства без полного публичного разбирательства, — однако непроницаемая маска отчаяния на его лице отбила у Линли охоту оскорблять Шеферда. Колина Шеферда и без того будут мучить кошмары до конца его дней. Но больше всего Линли хотелось, чтобы экс-констебль, закрывая глаза, видел лицо Полли Яркин.

За ними констебль Гаррити агрессивно вела свой «ровер».

Даже с поднятыми стеклами и сквозь вой ветра до них доносился скрежет передачи. Ее машина ревела и стонала, но отставала от них всего на шесть ярдов, не больше.

За пределами деревни не было никаких огней, кроме их собственных, и еще от мелькавших иногда ферм. Они продвигались почти вслепую, поскольку падавший снег отражал свет их фар, создавая сплошную молочную стену, подвижную, переменчивую, улетающую с ветром.

— Она знала о вашей поездке в Лондон, — произнес наконец Шеферд.

— Я ей сообщил. Вставьте в отчет, если хотите.

— Лучше молитесь, чтобы мы ее нашли, констебль. — Линли сбросил скорость на повороте. Шины скользнули, беспомощно закрутились и снова вцепились в дорогу. Констебль Гаррити одобрительно погудела. Они потащились дальше.

Милях в четырех от деревни с левой стороны показался въезд на территорию водохранилища. Его обозначили сосны по одну сторону дороги. Их ветви тяжело повисли под тяжестью мокрого снега, застревавшего в длинных иголках.

По другую сторону дороги живая изгородь сменилась открытым пространством вересковой пустоши.

— Вот, — сказал Шеферд, когда через четверть мили сосны кончились.

Линли увидел то, что имел в виду Шеферд: силуэт автомобиля, засыпанного снегом — окна, капот, крыша, багажник скрылись под толстой снежной корой. «Опель» накренился под пьяным углом как раз в том месте, где начинался подъем. Он застрял на краю дороги, и его шасси странно балансировали на бугорке.

Они остановились. Шеферд включил фонарь. Констебль Гаррити присоединилась к ним и тоже осветила машину. Задние колеса глубоко зарылись в край канавы."

"— Моя бестолковая сестра тоже как-то попробовала проделать такой вот фокус, — сказала констебль Гаррити, махнув рукой в сторону подъема. — Попыталась одолеть крутой склон и заскользила назад. Дурочка, чуть шею не сломала.

Линли счистил снег с дверцы водителя и попробовал ручку. Машина не была заперта.