На бак вытащили большой медный котел, в котором развели костер из сена и веток, запасенных в Номбре-дел-Диос. Их смачивали водой, чтобы валил густой дым. Так мы давали знать галеонам, где находимся. Оба корабля уже на второй день шторма исчезли из зоны видимости. Парусность у них больше, дрейфовали быстрее.
«Святой Иероним» заметили во второй половине дня севернее нас. До наступления темноты он приблизился к фрегату и в паре кабельтовых лег в дрейф. Дирк ван Треслонг прибыл на яле, доложил, что корабль в порядке.
Во время шторма галеон брал много воды, поэтому дрейфовал медленнее, чем «Золотой сокол». Груз перца и кошенили вроде бы не подмок, а слиткам серебра, которые лежало на дне трюма, вода не страшна. Мы прождали еще один день. Второй галеон так и не появился. Лорд Стонор сразу погрустнел. Ему достанется часть добычи со «Святого Иеронима», но это будет намного меньше, может не хватить на все его планы. С наступлением сумерек перестали жечь костер, поставили паруса и легли на курс норд-ост.
Больше штормов не было. Два дня дул встречный ветер, шли галсами. На двадцать седьмой день увидели землю. Это была Ирландия. Мы вышли к ней немного севернее залива Дингл. Спустились южнее, к архипелагу Бласкет. Он состоит из пяти островов и нескольких скал, которые острыми зубьями торчат из воды. Вроде бы все острова необитаемы. На самом западном будет построен маяк, огонь которого я частенько наблюдал по ночам.
Мы встали на якорь возле острова Большой Бласкет, самого большого из них. Он покрыт зарослями вереска, дрока и высокого кустарника. На самом высоком холме острова матросы развели большой костер из этого кустарника. Днем делали так, чтобы давал побольше дыма, ночью — чтобы ярче горел. Я был уверен, что мы обогнали «Золотого сокола». Ян ван Баерле знал, что мы будем ждать его у берегов Ирландии и подавать сигналы пять дней. На второй день возле острова появилась лодка с рыбаками.
Наверное, их послали на разведку. Может быть, думали, что мы потерпели кораблекрушение, и хотели помочь, а может, что скорее, собирались ограбить. Два больших корабля, целые и невредимые, показались им слишком большим кушем, поэтому убрались восвояси, даже не пообщавшись в нами. На всякий случай я усиливал на ночь караулы, но никто не напал.
«Золотой сокол» появился на четвертый день.
