Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Марго, пожалуйста… Просто пойдем домой. Можешь не смотреть на меня, можешь не говорить…

Чем подавленней и тише звучал его голос, тем сильнее я злилась.

– А где же твоя девушка, Паша? Надеюсь, проводил домой и успокоил после встречи с агрессивной женой?

– Нет никого кроме тебя… – раздалось совсем близко от уха. Я вздрогнула.

– Детка, прости, я урод и мне нет оправдания, но я прошу тебя просто вернутся домой… Я не хочу, чтобы ты наделала глупостей из-за меня… у нас дети, Марго, у нас семья.. пожалуйста, ради них просто вернись домой, а дальше мы во всем разберемся…

В этот момент я даже обернулась, и удостоила его взглядом.

Синяки под его глазами, напуганный вид, растрепанные волосы – все это не вызвало желания пожалеть, наоборот, он злил меня одним своим существованием.

– Семьи? Паша, ты, когда ставил на разные чаши весов семью и свою шлюху, и выбрал ее, ты ведь не думал о детях, обо мне? Так и сейчас не начинай, Паш! Поздно, поднимаешь?

Я отвернулась, принимаясь за новый окал. Рита испуганно замерла, Паша не сдвигался с места, его взгляд потяжелел.

А мне было просто невыносимо находиться рядом с ним.

– Рит, поехали домой. Что-то душно тут стало, – схватив сумочку, я поднялась из-за стола. Игнорируя головокружение, уверенно прошла к выходу.

Остановившись у дороги, Рита открывает приложение такси.

– Ко мне? – спрашивает неуверенно.

Я киваю в ответ.

– Марго, – за спиной раздается его напряженный голос. – Не делай глупостей, прошу… Давай поедем домой, там успокоимся и все осудим как взрослые люди… Я прошу тебя!

Паша останавливается позади меня.

Я чувствую его спиной, тело пробивает мелкая дрожь.

– Мы разводимся.

Даже не глядя на него, я знаю, что сейчас он устало прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу.

– Ты сейчас на эмоциях. Пожалуйста, я прошу тебя…

Я обернулась и посмотрела на него в упор. Я хотела, чтобы он видел мои глаза, ведь в них не было и капли сомнений.

– Нет, я абсолютно спокойна, Паша. Скажи, а чего ты ожидал? Ты же знаешь меня пятнадцать лет, и я всегда говорила, что измена – это то, чего я никогда не прощу.

– Это глупо… разрушать все из-за одной ошибки, Марго. Люди ошибаются, и я не оправдываю себя. Я урод, и ублюдок, но я прошу тебя подождать с решением… Не надо прощать меня, не надо разговаривать… я заслуживаю всего того, что ты чувствуешь сейчас… Но пожалуйста, повремени с решением… – на последней фразе его уверенный голос сорвался до тихой мольбы. Он был в отчаянии. А я не ощущала ничего кроме усталости.