Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Гораздо лучше, чем пишешь, любимая подчинённая…

Сука… Обхватываю одной рукой запястье другой, поднимаю руки вверх и, извиваясь, трусь о того, кто так нагло прижался. Меня отпускают. То-то же. Не надо ко мне прижиматься. Не люблю я этого."

"Леська так и не подумала вернуться к своей компании, и мы продолжили вечер с новыми «друзьями». Сколько коктейлей было выпито - не помню… Много. В какой-то момент я просто потеряла себя… Сознание затуманилось… Полный отрыв от реальности и провал памяти.

*****

Почему мне так неудобно? Господи, голова-то как болит… Почему я лежу на чём-то твёрдом? Я с трудом разлепляю веки одного глаза и упираюсь в камин.

Та-ак… у меня дома нет камина. Где я?

Медленно через спину поворачиваюсь на другой бок и упираюсь взглядом в мужские ноги в кожаных домашних тапочках. У нас таких нет. Поднимаюсь взглядом по ногам вверх и-иии… Мама, роди меня обратно. Я снова закрываю глаза и хочу провалиться, желательно, куда-нибудь в Мариинскую впадину.

- Золотова, хватит играть в дохлую кошку.

– Спокойный голос босса врывается набатом в мою больную голову.

Открываю глаза, медленно сажусь, подтягиваю колени к подбородку и обхватываю их руками. Во рту жуткая мерзость, в голове вертолёт, напротив – босс. Злой. Пытаюсь сфокусировать на нём взгляд. Это трудно…

Он сидит, широко расставив ноги. Руки он упёр локтями в колени, переплёл пальцы и на них поставил подбородок.

- Почему я здесь? – Всё, на что меня хватает.

- Видишь ли, вчера ты отказалась называть адрес, куда тебя везти.

Поэтому я привёз твою тушку к себе. Не мог же я тебя, милая, оставить одну в клубе. Ты же моя самая любимая подчинённая. – Его голос сочится ядом.

Стыдно-то как…

- А почему я на полу?

- А это потому, милая, - вкрадчиво продолжает Руслан Викторович, а у меня по позвоночнику ползут мурашки, - что ты напрочь отказалась от дивана и кровати. Ты заявила, что тебе нравится мой камин и ты не сдвинешься с места, потому что коврик тоже тебе нравится и вполне устраивает. А если я попытаюсь сдвинуть тебя, ты выцарапаешь мне глаза и кое-что ещё оторвёшь.

Потому что я мудак, как все, у кого это самое болтающееся, имеется. Извини, я предпочитаю не спорить с пьяными бабами.

- Ох… - Осознание всей глубины моего падения придавливает плитой. - А мы… - Я делаю неопределённое движение рукой.

- Что «мы»? – Босс делает вид, что не понимает и поднимает брови.

- Ну… мы не того-самого?.. – Моё лицо пылает жаром. Ничего не помню… Убью Леську…

Глава 8.