Пенис этого человека несколько длиннее, чем у его более крупного компаньона, хотя всё равно явно меньше обычного для белого мужчины.
Последнее обстоятельство подчеркивается здесь неспроста. Как уже отмечалось, маленький пенис — это хороший ориентирующий признак, способный облегчить опознание преступника. Мужчин с половым органом длиной 6—7 см. в состоянии эрекции менее 3%. А теперь представьте, если бы полицейским удалось отыскать белого мужчину в возрасте 25 лет с группой крови А+, невыделителя группового антигена и имеющего ко всему прочему пенис длиной 6 или 7 см.
! Может быть, полицейские не знали бы, как доказать его вину в конкретных преступлениях, но никто бы из них не усомнился в том, что преступник наконец-то схвачен. Потому что сочетание всех указанных признаков в одном человека само по себе превращало его в отличного подозреваемого.
Длина полового органа — это наследуемый признак и если два преступника поддерживают доверительные отношения и при этом у обоих отмечается вот такая любопытная аномалия, то резонно предположить, что их связывают не только дружеские, но и родственные отношения.
Они могли быть родными братьями, двоюродными, единоутробными, могли оказаться племянником и дядей… мы не можем сейчас сказать что-то определенное о степени их родства, но таковое выглядит вполне возможным. И это предположение хорошо объясняет доверительность отношений между двумя преступниками.
Хотя считается, что серийный сексуальный преступник всегда одиночка — это не совсем так.
История криминалистики и сыска знает примеры устойчивых преступных тандемов и даже более многочисленных объединений сексуальных пиратов. Например, «Хиллсайдские душители» — Кеннет Бьянки и Анджело Буоно — похищавшие и убивавшие женщин в Лос-Анджелесе в 1977—1978 гг. Или, например, группа из 4-х человек, во главе с Робином Гечтом, совершавшая изнасилования и убийства женщин в Чикаго в 1980—1982 гг. (т.н. «Чикагская бригада смерти»). Надо сказать, что соответствующие примеры имеются и в отечественной истории, например, после Великой Отечественной войны были отмечены случаи появления групп насильников, больных сифилисом, из числа освободившихся или бежавших уголовников.
Они совершали многочисленные изнасилования с целью заражения жертв — это была такая форма асоциального поведения, своего рода «мщение обществу». Современная история умалчивает о такого рода деталях, а между тем такая блатная традиция в послевоенное время существовала.
