Ей хватало своего мозга, пусть не самого изысканного и пытливого, но здорового, трезвого, добротно созданного природой. Свое новое эмоциональное состояние Раиса только на первых порах пыталась объяснить надвигающимся климаксом. Сентиментальность, тревога, слабость, ля-ля тополя. Это все про других. Раиса же знала, откуда что берется. Именно поэтому она обрекла себя на одиночество, постоянно исключая из своего общества людей, которые могли стать ей небезразличными. В тот день, много лет назад, когда ей туго забинтовали горящую, набухшую, истекающую молоком грудь, Раиса не посмотрела вслед человеку, уносившему от нее красноватого, кряхтящего кроху в байковом одеяльце.
Она быстро собрала вещи, сунула в карман, заранее пришитый к трусам, свой первый крупный заработок в валюте и ушла строить свою судьбу. Раиса знала, что теперь не пожалеет никого. И догадывалась, что когда-то для нее наступит час расплаты. Он наступил. У Раисы не было по этому поводу никаких сомнений. Гера не случайно появился в ее жизни.
Он был послан кем-то свыше, чтобы своей сверкающей молодостью оттенить ее надвигающуюся окаянную, кромешную старость. Однажда, когда юноша спал, Раиса заглянула в его паспорт. Год рождения тот же, что и у ее сына, проданного через пять дней после появления на свет. После появления из ее плоти, из ее крови, из ее юности и страсти. Жив ли он? Как он может выглядеть? А вдруг он такой же красавец, как Гера?"
"Раиса прошла в туалетную комнату и уставилась на свое отражение в зеркале. С тех пор, как у нее появились деньги и возможность стать интересной, шикарной женщиной, она ни разу не смотрела на себя так, без любви и даже без сочувствия.
Это рожа грубой тетки, которая в лучшем случае выглядит не старше своего возраста. А вообще она даже подростком казалась несколько перезрелой. Чертовым подростком с большими ногами и руками, прыщами на лбу и гипертрофированной сексуальностью, охватившей нескладное тело внезапно, как болячка. Не так уж много было на нее любителей, чтобы она могла кому-то отказать.
Странно, что она впервые забеременела только в восемнадцать лет. И понятия не имела от кого. Были проблемы поважнее. На аборт ее не взяли. «Да ты что: он уже в твоем брюхе ножками бьет». Замученная бедностью мать, отец, который разговаривал лишь в пьяном виде, ничего не заметили. Они вообще на нее никогда не смотрели. Раиса приехала из украинского города в Москву на седьмом месяце беременности. Устроилась на стройку, поселилась в общежитии.
