Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Лиззи казалось, что прошла вечность с тех пор, как она впервые встретила здесь Илиоса. Тогда она была одинокой женщиной, и ее единственной заботой являлась забота о финансовом положении и будущем ее семьи. Ее собственные чувства не входили в расчет. Теперь она замужняя женщина, жена — по крайней мере, в глазах общества. Ее семья уже ни в чем не нуждалась, и теперь все волнения Лиззи касались лишь ее собственных эмоций.

Руби отправила ей фото близнецов по мобильному телефону, чтобы Лиззи могла полюбоваться новой школьной формой, которую, по ее настоянию, сестра купила мальчикам.

Счастливая улыбка, исполненная нежности, появилась на ее губах. Два пятилетних мальчугана горделиво красовались в своих серых шерстяных брючках и темно-красных пиджачках, их короткие темные волосы были тщательно причесаны.

Лиззи любила своих племянников. Она присутствовала при их рождении, страшно переживая за их юную мать, и горевала оттого, что в этот трудный момент рядом с Руби не было ни родителей, ни отца детей. Но когда близнецы появились на свет, все мысли о боли и муках, которые пришлось перенести ее сестре, мгновенно улетучились, и Лиззи охватило ощущение необыкновенного счастья.

Они уже доехали до виллы, и хотя Лиззи прежде видела здание, ее снова охватил восхищенный трепет, когда она взглянула на совершенные формы, вырисовывающиеся на фоне яркого голубого неба.

Теплый кремовый фасад прекрасно гармонировал с потемневшими от времени мраморными колоннами, поддерживавшими портик, и с бело-серыми ставнями на окнах.

Гравий на дороге, где остановился автомобиль, был точно такого же цвета, как и мраморные колонны, а яркая зелень газонов подчеркивала темно-зеленую листву кипарисов, росших вдоль дороги. Картина, представшая перед ними, воплощала идеальную гармонию.

Возле виллы больше не было никаких автомобилей, и Лиззи заключила, что человек, с которым Илиос собирался встретиться, еще не приехал.

— Мы приехали раньше, поэтому я покажу тебе внутреннее убранство виллы, пока не прибудет Андреас, — сказал Илиос, открывая пассажирскую дверцу и дожидаясь, пока Лиззи выйдет наружу.

Они направились ко входу, и Илиос пошел рядом с ней, но держался от нее на расстоянии шага, заметила Лиззи, ожидая, когда он откроет величественные двойные двери. Над ними — в том месте, где обычно располагались фамильный герб и девиз, — было изображение маленького парусника.

— Александрос Манос нажил себе состояние благодаря своему торговому флоту, — сказал он ей, проследив за ее взглядом.