Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

"— Вовсе нет, — тот обезоруживающе улыбнулся ей. — Наоборот, хочу помочь.

— Я до такого еще не докатилась. В крайнем случае, всегда смогу устроиться на «скорую».

— Кое-кому нужна ваша помощь. Вы же этого хотите, не так ли? Помогать людям.

— Чем? — Рита прищурила глаза, уже не скрывая раздражения в голосе. — Чем помогать? Разговаривать с умершими родственниками?

Марк внезапно рассмеялся.

— Ну уж нет, — заявил он. — Я не позволю вам отбирать у меня хлеб. В салоне Ксении с умершими разговариваю я.

Рита закатила глаза. Все это стало походить на какой-то театр абсурда, но у нее не было ни времени, ни желания участвовать в постановке.

— Вы сумасшедший!

— Не больше, чем вы. — Марк развел руками, словно говоря, что знает все ее самые потаенные секреты. — Я предлагаю вам сделку: вы помогаете мне, а я щедро за это плачу.

— Чем это, интересно, я могу вам помочь?

— А вот это я скажу вам, только если вы согласитесь. — Марк кивнул на визитку, которую она так и сжимала в руке.

Рита тоже перевела на нее взгляд.

— Тогда боюсь, я этого так и не узнаю, — бросила она и, резко развернувшись, зашагала в сторону выхода из больничного двора. Если он не может ее догнать, тем лучше для нее. Только сумасшедших ей не хватало, как будто без того мало проблем.

***

Рита уже успела добежать до остановки общественного транспорта и вскочить в первый попавшийся троллейбус, когда Марк только доковылял до ворот. Переломанные восемь лет назад ноги с самого утра немилосердно выкручивало, что несомненно означало приближающийся дождь.

Его кости предсказывали изменения погоды точнее, чем гадальные карты Ксении.

Припаркованная неподалеку от входа в больничный двор ярко-красная небольшая машина тут же сдвинулась с места, подъехала к нему и остановилась. Марк открыл дверь и сел на переднее пассажирское сиденье, пытаясь устроить левую ногу, которой когда-то досталось особенно сильно, как можно удобнее. Темноволосая девушка в солнечных очках, сидевшая за рулем, со смесью жалости и тревоги следила за его бесполезными попытками.

Они оба знали, что пока не пойдет дождь, удобного положения он не найдет.

— Ну что? — спросила она, когда Марк наконец перестал ерзать и закрыл за собой дверь.

— Отказалась.

— Я же говорила, что нужно не так действовать! — девушка раздраженно стукнула кулачком по рулю, попав в самое удачное место: машина тут же издала звуковой сигнал.