Резкий, оглушительный хлопок, совсем не похожий на привычный гулкий бах из фузеи, ударил по ушам так, что чуть барабанные перепонки не лопнули. Отдача оказалась сильнее, чем я прикидывал, но я устоял на ногах. Наемник как-то неестественно дернулся, выронил пистолет и мешком рухнул на землю. Второй удивленно пялился на товарища.
Я судорожно передернул затвор, выбрасывая вонючую, дымящуюся гильзу. Еще выстрел — и второй гад свалился рядом."
"Пока остальные нападавшие, ошарашенные таким внезапным и непонятным отпором из, казалось бы, пустого сарайчика, пытались врубиться, что вообще происходит, я успел всадить в них еще три пули.
Скорострельность моего «первенца» была для этого времени просто за гранью фантастики. А главное — дыма-то нет! Они и понять не могли, откуда по ним палят, кто стреляет. Их фузеи, наоборот, после каждого выстрела окутывались таким плотным облаком, что сразу было видно, где сидит стрелок.
Началась настоящая заваруха, не на жизнь, а на смерть. Федька с Гришкой, вооруженные обычными фузеями да пистолетами, отстреливались из окон барского дома, как могли прикрывая меня.
Солдаты Орлова, которых эти гады застали врасплох, несли потери, дрались как черти, понимая, что отступать просто некуда. Я же, как заведенный, метался от окна к окну, стараясь выцеливать самых борзых нападавших, тех, кто пытался прорваться к дому или поджечь сараи.
Бездымный порох и нарезной ствол — это была просто песня! Пули летели точно в цель, доставая врагов на таких дистанциях, о которых стрелки из гладкоствольных фузей и мечтать не могли.
А то, что дыма не было, позволяло мне мгновенно видеть, куда попал, и тут же выбирать следующую мишень. Нападавшие, привыкшие, что после вражеского залпа есть короткая передышка, пока те перезаряжают свои дрыны, здесь попадали под непрерывный, прицельный огонь. Это действовало на них убийственно, сеяло панику и страх. Они видели, как их подельники валятся один за другим, но не могли понять, откуда прилетает эта невидимая смерть.
Бой шел недолго, может, с полчаса, но мне эти минуты показались вечностью.
Наконец, не выдержав таких потерь и деморализующего эффекта моего «чудо-оружия», наемники дрогнули. Сначала один дал деру, потом другой, а затем и вся их банда кинулась наутек, утаскивая раненых и оставляя на земле больше десятка своих жмуриков. Мы не стали их преследовать — сил едва хватило, чтобы отдышаться да своих пересчитать. К счастью, убитых среди наших было немного, но вот раненых хватало.
