Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Черные глаза алчно сновали по артефактам и сокровищам, кривая ухмылка расползалась, превращая лицо в отталкивающую маску скалящегося людоеда.

Всего несколько шагов до цели, а у меня закончились силы. И все же я дрожащими руками пыталась тянуть Эверия.

— Ты мне не рада? — осклабился Эбрер, подбираясь все ближе. — Твои непослушание и упрямство будят во мне зверя! — Рявкнул так, что я вздрогнула. Зато собралась духом и еще немного приблизилась к проходу."

"— И куда невестушка ползет?! Я здесь, милая, — он поманил меня к себе, — и теперь это все мое, благодаря тебе, глупышка! Ты так жаждешь спасти это арривийское ничтожество, что притащила его сюда, проложив путь в крепость! Теперь это все мое!

Хохоча как ненормальный, он потянулся к поясу и вынул черный тонкий кинжал.

— Я сегодня великодушен! Можешь принести извинения и поцеловать своего будущего супруга, — Эбрер выставил вперед ногу, явно намекая, что целовать надо мысок черного ботинка.

Пока он бахвалился, я успела немного отдышаться и еще приблизиться к вожделенному, спасительному проходу.

Но Эбрер раскусил хитрость и в два широких шага настиг нас.

В надежде, что моя кровь пробудит родовую силу, я потянулась к каменной стене. Коснулась, оставляя отпечаток, однако защита хранилища и не думала срабатывать, словно полностью выдохлась в прошлый раз, обрушившись на Эверия.

— Бросай арривийского неудачника и беги! — Эбрер облизнул губы, и меня передернуло от омерзения. Пусть его черты не лишены привлекательности, душа Ворона давно почернела.

Иначе и быть не могло у человека, который ради власти убил жену, и не испытывал по этому поводу ни капли раскаяния, не говоря уже об угрызениях совести.

Я оставляла вновь и вновь отпечатки на стене. Даже разок чудом дотянулась до прохода. Но ничего не происходило!

— Потешились, и будет, — ухмыльнулся Эбрер. Сделав шаг, он приблизился вплотную к ногам магвела. Черное лезвие опасно сверкнуло в его смуглой руке.

Я упала на грудь Эверия и закрыла собой, с горечью осознавая: последнюю наследницу рода убьют в родовом хранилище.

— Возомнила себя незаменимой? — хмыкнул Эбрер. По его тени, падавшей на светлые плиты зала, я увидела, как он поднял руку, чтобы нанести удар. — С тобой или без тебя, я в любом случае получаю приз: знания, артефакты, древние бесценные свитки. И даже без тебя смогу достичь небывалых высот!

Я крепче обняла Эверия, зажмурилась. Хорошо, что любимый магвел лежал без чувств и не слышал, как глумился Эбрер.