Name: Игры в любовь и смерть. Книги 1-3
Author: Жюльетта Бенцони

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ясное дело, не получая от них все это время вестей, я обеспокоился…

— Вы хотите сказать, их дом — перевалочный пункт для вашей корреспонденции?"

"— Лучше сказать «доверенный дом». И разрази меня гром, если это не так! Они с распростертыми объятиями принимают всякого, кто ищет кров, отдых и еду, кому нужна помощь и даже кому не нужна, и все это с улыбкой, хотя делиться им особенно нечем, они небогаты. Я вообще-то недолюбливаю женщин, — заметил он, снова искоса поглядев на Лауру, — но эти две слишком дороги мне, потому что у них детские сердца.

Путешествие прошло без приключений, и если порой Лауре чудилось, что за плетнем кое-где мелькала черная шляпа или блестело на солнце дуло ружья у скалы, то видения эти были так мимолетны, что совершенно не казались реальностью. Никого из Синих не было видно до самого Планкоэ. Да и там все ограничилось проверкой документов пассажиров двуколки, после чего им с ленцой отдали честь, приложив руку к двурогому шлему, и путешественники продолжили свой путь.

— Как же они изменились! — расхохотался Фужерей, как только они отъехали на приличное расстояние. — До Термидора[27] нас бы обыскали с головы до ног, включая и телегу. А теперь, чтобы проявлять любопытство, им сначала нужно ощутимо увеличить свою численность: слишком хорошо известно, что в любой момент и в любом месте на головы им могут свалиться вооруженные до зубов решительные бойцы…

Четыреста домов городка Планкоэ располагались террасами на склонах двух холмов, между которыми протекала река Аргенон.

Море было совсем недалеко — всего в двух лье. Излучины реки петляли, одна красивее другой. До революции городок, как и многие другие в Бретани, был настоящим гнездом аристократов. Семья Шатобрианов соседствовала здесь с Ромадеками, Рагенелями, Буатейелями, Вильодренами, Ларжентэ. В красивых каменных домах, обращенных на улицу широким крыльцом и украшенных островерхими коньками крыш, размеренно текла тихая, не лишенная изящества жизнь, наполненная молитвами и безобидными пересудами, что перелетали от замка к замку и от дома к дому, между морем и лесами.

Террор прошелся по этим местам тайфуном, унеся огромное количество жизней, так что прежнее искусство жить дало изрядную трещину, и почти ничего не осталось от старомодного, но мирного уклада, сопровождаемого звоном колоколов собора Назаретской Богоматери. Тут все друг друга знали, кого-то — любили, кого-то — недолюбливали: все как обычно в человеческом обществе.