Повозки въехали внутрь, и ворота захлопнулись.
Какое-то теплое чувство шевельнулось в омертвевшем сердце барона. Неужели его дорогая Мари будет лежать в земле, освященной церковью? Ведь этот сад все-таки принадлежал монастырю…
Стена обители оказалась очень высокой, но рядом росли деревья, так что на одно из них Жан и взобрался без малейшего труда. То, что он увидел, испугало его. От сада отгородили стеной внушительный участок, где вырубили все деревья и уничтожили всю зелень, оставив у самой стены маленький искусственный грот, некогда служивший часовенкой.
Там были вырыты две огромные могилы, их освещали факелы. Повозки выстроились возле одной из них, и де Бац решил, что возницы просто вывалят св»й страшный груз. Но от того, что делали эти люди, волосы зашевелились у него на голове. Они не просто сбрасывали в могилу тела. Их предварительно освобождали от залитой кровью одежды, которую вносил в реестр сидевший за маленьким столиком писарь. Никто не позаботился о том, чтобы привезти хотя бы мешок извести, поэтому запах стоял ужасный — ведь в могиле уже лежали трупы казненных накануне, присыпанные всего лишь тонким слоем земли…
Де Бац не мог больше на это смотреть.
Он сполз с дерева и опустился на колени — ноги не держали его. Жан надеялся, что сможет потом отыскать могилу Мари и отдать ей последний долг, но то, что он только что увидел, могло свести с ума…
Барон долго стоял на коленях у монастырской стены, закрыв руками лицо, и плакал.
Он оплакивал очаровательное существо, вверившее ему свою жизнь; женщину, никогда ничего не просившую взамен, ни в чем его не упрекавшую. Она погибла, но не предала его… Он оплакивал своих погибших товарищей — этих отважных, веселых людей, самых близких его друзей, его братьев, которых никогда больше не будет с ним рядом. Теперь Жан чувствовал себя абсолютно одиноким, и сердце в его груди казалось ему тяжелым камнем…
Только приближающийся рассвет заставил его подняться и побрести прочь…
Глава XV
РОКОВОЙ ВЫСТРЕЛ
Из Консьержери, этой «прихожей смерти», отправлялись только на эшафот, и Лаура об этом знала.
Но не страх владел ее душой, когда она вошла под низкие своды тюрьмы. Ею владели гнев, отвращение и обида на судьбу, которая позволила ее злому гению снова нанести ей удар — в тот момент, когда она была наиболее уязвимой. Ведь только что погибли Мари, Дево, Руссель и другие добрые друзья Лауры.