Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ты всегда выходила их встречать на улицу, и целовала его в щеку, а потом и говорить ничего не надо, знай только – слушай его болтовню. Они с Гарри одного поля ягода, как говорится, не надо хлеба, дай языком помести, - скороговоркой выпалила Мэри и подтолкнула меня на улицу.

Благо, дом нужно было обойти, и за это время я старательно расслабляла лицо, чтобы ни одна эмоция была не заметна. Сложное, скажу я вам, дело!"

"Возле конюшни мужчина и мальчик уже распрягали лошадь. Вторая уже стояла в стойле. «Муженек» действительно был пижоном: двубортный расстегнутый пиджачок темно синего цвета, под ним жилет того же оттенка, белая рубашка, темные брюки, ботинки, и самое главное – шляпа.

Такие называют «цилиндром», но он не очень высокий. Усики подвернуты кверху, бородка лежит, словно ее щедро умастили специальными гелями. Щегол. Я была права, этот тип очень уж любит себя, и я просто не могла полюбить человека, который себя любит больше, чем меня.

– О! Чего молчите? – он заметил, что я стою в десяти метрах от него.

Мэри бросилась его обнимать, и судя по ее радости, отца она любила не меньше, чем матушку, то есть меня…

– Любуюсь. Ты очень модно выглядишь. Словно приехал после свидания, - сболтнула я и на подкашивающихся ногах пошла ему навстречу, так как он уже раскинул руки в стороны, явно желая обнять меня.

– Не льсти, дорогая, я знаю, что тебе чужда ревность, - ответил он и, обняв меня, поцеловал в лоб. Странное, скажу вам, чувство, когда незнакомый мужик, назвав тебя дорогой обнимает и целует так, словно вы любите друг друга.

– Не льщу, просто, дорога тебя не портит, - добавила я, хоть сначала и хотела сказать, что «такой павлин, как ты, точно не нуждаешься в доказательстве своего совершенства».

– Ужин готов, и мы должны накрыть на стол, - вставила Мэри и указала мне движением головы, что нужно ретироваться. Я боялась мальчика, но вопреки моему страху, он не только не обнял, но и даже не поздоровался со мной.

– А почему Гарри не подошел ко мне? – шёпотом спросила я девочку, пока она вела меня к дому.

– Он всегда такой – хочет казаться старше, хоть раньше и сам ревновал тебя ко мне.

– Ты знаешь, что такое «ревновал»? – переспросила я.

– Матушка, я читаю газеты, изучаю книги отца, и думаешь, что ничего не понимаю в человеческих отношениях? Да вы при нас обо всем говорите! – удивленно ответила она, и я почувствовала себя динозавром – ничего себе, значит, туалет в доме с дырой в стуле, а вот говорить при детях обо всем – не проблема.