Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Не помешаю?

— Нам нужен любой человек, — сделав ударение на предпоследнем слове, ответила Григорьева. Она остановилась, протянула руку. — Нина.

— Лев, — Гуров впервые назвал свое имя без запинки.

— Работайте, Лева, — она оглядела его костюм. — Мы начинаем в семь утра.

— Буду стараться бывать почаще, — ответил Гуров и прижался к стойлу, так как конюх выводил Роковую.

— Блокнотик положите, подержите лошадь, — сказала Нина, и он только сейчас заметил, что все время держал в руке блокнот.

Гуров встал против морды лошади, принял от Нины узду.

Рита смотрела удивленно, мотнула головой.

— Осторожнее, кусается!

Гуров напрягся. Шутит или серьезно? Рита неторопливо тянулась мягкими губами к правой руке, когда он протянул налево, Рита ткнулась мордой в левую руку. Григорьева рассмеялась.

— Не дергайте, иначе Рита подаст назад. — И через несколько секунд добавила: — Отпускайте.

Гуров опустил затекшие от напряжения руки, отскочил в сторону, Нина выехала из конюшни и скрылась за поворотом.

Какими-то делами занимались наездники.

Михалыч развешивал на крючках, привинченных к наружной стороне стойл, мешочки с овсом, конюх Коля сидел уже под другой лошадью и бинтовал ей ногу, значит, готовил к тренировке. Григорьева уехала, и стало вновь тихо.

Однако именно здесь убили человека. С семнадцати до девятнадцати, как утверждает эксперт. Убили и бросили под копыта жеребца, на котором мастер-наездник Логинов за час до этого выиграл очередной заезд.

Гуров вздохнул и поплелся в комнату Нины Григорьевой.

Что делать-то, как убийцу искать? Как бы с людьми подружиться для начала?

Глава вторая

Борис Алексеевич Логинов был убит в июньский воскресный день. В шестнадцать часов он участвовал в заезде, выиграл его, вернулся на конюшню. Гладиатора распрягли, выгуляли, вымыли и вычистили. Логинов в это время находился в комнате начальника отделения. Комната была формально за Ниной Григорьевой, фактически ее занимал Логинов. Став мастером-наездником в конце сороковых годов, он получил конюшню и занял эту комнату.

Как и многие сегодняшние мастера, Нина была его ученицей. Когда после смерти жены Логинов начал выпивать и, по выражению наездников, «засбоил и стал сходить с круга», начальство отстранило его от руководства тренотделением. Должность предложили Григорьевой. Она отказывалась, но Логинов ее уговорил. «Ты умница и человек ученый, — объяснял он, — однако все равно поначалу тяжело будет. Тут я рядом, подскажу чего, подмогу.