Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ты, Анька, у меня каждый день перед глазами стоишь. Ты, дождь, джаз и музыка…

— И именно поэтому ты звонил?

— Именно поэтому.

— Только и всего?

— Но это не так уж и мало. Неужели тебе неприятно, что я в тебя влюбился? Я не каждый день по уши влюбляюсь.

— Влюбился, значит?

— Да.

— Но ведь ты говорил, что у тебя ко мне не телефонный разговор?

— Ну, говорил.

— А зачем?

— Затем, что я очень хотел тебя увидеть. Ты даже не представляешь, как я соскучился.

— Вот как?

— А что тебя не устраивает?

Я засмеялась и, уперев руки в боки, крикнула:"

"— Ты что комедию ломаешь? Говори, если тебе есть что сказать!

— А что ты хочешь услышать?

Михаил был совершенно спокоен, и это наводило меня на мысль, что он держит меня за полную идиотку.

Просто испытывает мое терпение на прочность и хочет, чтобы я раскололась первой. Мол, извини, Мишенька, но деньги, которые ты оставил в своей машине, у меня, но ты про них забудь, потому что не получишь из них ни центика. Я из-за этих денег столько натерпелась, что тебе и не снилось.

Я вот сегодня мужика потеряла. Мне еще осталось только деньги потерять для полного счастья. Хорошенькое дело: ни мужика, ни денег. Ну уж нет, если жить без мужика, так хоть с деньгами. Так что, Мишенька, ты здесь комедию заканчивай ломать. Забудь про меня, и денежки. Забудь, дорогой, навсегда!

— Слушай, а как твой «Мерседес»? — спросила я.

— «Мерседес» как «Мерседес», что с ним может случиться?

— Ты на нем ездишь?

— Да, иногда.

— Ну и как?

— Нормально.

Зверь, а не машина. Моей любимой маркой всегда был и навсегда останется «Мерседес». А что ты про него вспомнила?

— Да так. Просто, когда я на нем ехала, показалось, что у него рулевая тяга плохая.

— Правда? А я что-то не заметил. Нормальная у него тяга. А вообще, надо проверить.

— Ну если тяга нормальная, то рули дальше. Только смотри, куда заруливаешь. В мою жизнь больше не смей, — небрежно бросила я и направилась к выходу.

— Анька, стой, ты куда? — Михаил догнал меня и схватил за руку.

— Я что-то не понял, ты к чему клонишь?

— Какая я тебе Анька? — заорала я. — Я известная женщина, хрен ты моржовый! Тебе небось даже и не снилось, что ты у меня автограф возьмешь, а ты меня Анькой называешь! Анька, знаешь, кто? Тоже мне нашел себе девочку! Я тебе не Анка-пулеметчица! Понятно, Мишка? Чапаев хренов! С завтрашнего дня будешь стоять в очереди за автографом!

— Ты чего орешь-то?! Что я тебе сделал? Смотрю, у тебя прямо звездная болезнь.