Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Только в моих мыслях подальше от доброжелателей вроде Антона.

Три года я анализировал всё, что произошло тогда. Сейчас почти уверен, что расстаться нам помогли. Лиза обмолвилась о разговоре с отцом, в процессе которого он назвал её «безродной девкой». Но думаю, это не всё.

Было что-то ещё, о чём она не упомянула. Жизненно необходимо выяснить.

Почти уверен, что тогда я ошибся в своих обвинениях. Мне помогли ошибиться. А ей? Я так и не выяснил, в чём она меня обвиняла. Значит, нужно сделать это сейчас.

Глава 7

Лиза

Рабочая неделя подходит к концу, но я стараюсь не сталкиваться с Трояновым.

Боюсь сорваться первая, хотя и взяла с него обещание об отсутствии близости на рабочем месте.

Нас тянет друг к другу, и это чувствуется даже через разделяющие нас несколько кабинетов. Словно там, за стенами, огромный магнит, который манит меня к себе, издаёт адские волны призыва, и я сама тянусь навстречу.

Ещё не решила, когда позволю Сергею получить меня. Но долго Троянов не выдержит. Он на грани. Чувствовала в нашем разговоре нетерпеливое подталкивание ко встрече.

Никак не получается поговорить о самом главном. О тех фотографиях, которые он предъявил мне три года назад. Толстая пачка доказательства моей измены.

Странно, что ни на одном фото не было моего лица в анфас, лишь профиль, и то не полностью. Тогда он не сказал, кто ему подсунул эти снимки, но я была уверена, что чёртов папаша, который так желал избавиться от меня.

Старый сукин сын! Ненавижу. Тогда ненавидела, а сейчас тем более.

Надеюсь, Троянов не настолько глуп, чтобы поделиться с отцом новостями о моём местонахождении? Не настолько.

Иначе бы папаша уже был здесь и снова сделал бы всё, чтобы я не только не работала вместе с его сыном, а даже бы в черте города не находилась.

Я схожу с ума в желании остаться наедине с Трояновым и высказать всё, что вытряхивает меня. Мне необходимо выговориться. Чёрт, я хочу его «прости» за всё то, что он сказал мне тогда.

Это уже ровным счётом ничего не решает, но мне кажется, если Сергей признает, что был не прав, я излечусь от лютой ненависти.

Стану чище и лучше не только в его глазах, а в первую очередь в своих.

Где-то внутри меня живёт невероятная любовь к Сергею, но она покрыта толстым налётом злости и обиды, которая не позволяет мне быть нежной и хрупкой рядом с ним. Я всё время жду удара. Нового шока и обвинений.

А он, подобно щенку, практически трётся о мои ноги. Слишком хорошо знаю Троянова, чтобы понять – он сдался мне. Вот так просто.