Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Знаешь, каким эффектом обладает эта сыворотка, если в нее добавить больше трех капель?

— Нехорошим? — предположила я.

— Подумать только, какая удивительная умная выпускница попала ко мне на стажировку, — елейным голосочком пропел Морис.

В этот момент у него на руке засветился и запиликал браслет — связной артефакт на левой руке, и послышался прохладный женский голос:

— Мистер Кларксон, к вам Кейдж Сивронский прибыл.

Ага, значит ""К. Морис"" — это у нас Кларксон Морис. Запомни, Фло, и будь любезна не забывать, как зовут твоего куратора.

— Я занят! — гаркнул Морис.

— Но мистер Кларксон…

— Я сказал, что занят! У меня новый стажер. Пусть Кейдж подойдет через… час, — и глянул на меня так нехорошо, что я снова сглотнула.

Что он тут со мной час будет делать, а?

— Но это срочно и касается нашего расследования! — настойчиво вещала женщина. — Утром обнаружили новую жертву среди инквизиторов, мистер Кларксон!

Морис нахмурился.

— Жив?

— Очередной летальный исход, мистер Кларксон.

— Симптомы?

— Как и во все прошлые разы — никаких. Мгновенная смерть на ровном месте, никаких улик, ни малейших повреждений.

Морис неразборчиво выругался.

— Ладно, пусть идет. Я могу уделить ему максимум десять минут, так ему и передайте.

Связной браслет перестал мигать синей лампочкой и затих. А я замерла в ожидании продолжения экзекуции.

— Так на чем мы остановились? — вновь обратил на меня взор Морис.

— На побочных эффектах от пяти капель, господин инквизитор, — пискнула я.

— Да… Так вот… Знаешь, что делают эти дивные капельки, если рассчитать их неверно?

— Что-то нехорошее, как мы уже выяснили."

"— Жаль, что выяснили только сейчас, а не до того, как вы принялись варить это зелье, — прошипел Морис. — Сыворотка Фелкуса, приготовленная с передозировкой сока лесной фиалки, не просто располагает к себе окружающих. Она вызывает в них… Слишком яркие эмоции. Слишком сильное желание тактильного контакта, — говорил он глубоким голосом, коснувшись тыльной стороной ладони моей щеки.

— Подобно яду, отравляет мысли, заставляет думать в одном направлении, — продолжал говорить, ведя ладонью ниже. — Невыносимо хотеть как минимум прикоснуться к человеку. А лучше…

Его длинные пальцы прочертили восьмерку на моей шее и замерли где-то в районе ключиц.

Я не знаю, кто там из нас переборщил с сывороткой Фелкуса, но лично у меня было ощущение, что этой сывороткой с ног до головы был обмазан сам Морис.