Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Почти бывшей, но… Это вон как легко исправить. И не придется выкладывать денежки за жилплощадь, которой потом не сможешь пользоваться. А пройдет время, разбитое сердце склеится, Санина бдительность утихнет и можно снова отправляться на поиски приключений. А потом снова возвращаться. Или не возвращаться. Это уж как карта ляжет.

- У нас семья, Лер. Столько лет вместе. Да, уже во второй раз, но я прямо ощущаю, что теперь все будет иначе. Сказался этот месяц порознь и то, что на развод подали. Знаешь, все как обнулилось.

Как будто с чистого листа все начали.

- Саша, передо мной не нужно оправдываться. Это твоя жизнь и что с ней делать решать только тебе. Никто не знает и не может предугадать, как будет дальше. Может ты правильно поступаешь, может он и правда понял, что хочет быть с тобой, а может и нет. Это только время покажет.

И это было все, что я сказала подруге на эту тему, чем с одной стороны очень гордилась, а с другой злилась на себя, что хотя бы не попробовала ее переубедить.

- Ты готова взять на себя ответственность за судьбу Саши? - выслушав по видеосвязи вечером мое гораздо более длинное и эмоциональное резюме случившегося, спросил Марк.

- Ну, ты же понимаешь, когда человек следует твоим советам, то перекладывает на тебя ответственность за результат своих действий, а ты ее берешь. То, что слушать тебя или нет он решает сам, никто в итоге не учитывает.

Закрыв лицо руками, я завыла.

- Ты ничего не можешь поделать, моя маленькая. Это ее выбор. Придется принять.

Он был прав.

- Ты прости, что вывалила на тебя это все еще и на ночь глядя.

- В смысле прости? То, что тебя волнует, волнует и меня. Твои проблемы - это мои проблемы.

А свои я решу сам и тебе ни слова о них не скажу. Мысленно закончив за него фразу, я заставила себя улыбнуться:

- Я скучаю по тебе.

- Я тоже, Лерка. В таком темпе еще недолго, я тебе обещаю.

Я насторожилась.

- М-м-м, а есть сдвиги? - осторожно спросила его.

- А ты сомневаешься? - Марк лукаво улыбнулся.

Я не сомневалась, но боялась радоваться и боялась что-то утверждать.

Не страдая суеверностью ранее, теперь я была готова использовать абсолютно все, что угодно, лишь бы если не помочь Марку, то хотя бы не навредить. В частности, не говорить ни о чем, пока это не сделается.

Но этой ночью я позволила себе, засыпая, помечтать о том, что вот совсем скоро Марк вернет себе бизнес, накажет Пронина с бывшей и можно будет выдохнуть с облегчением и больше ни о чем не беспокоиться. Просто жить.