Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мы не самая простая семья, – он делает паузу и проворачивает голову вбок, на его лице появляется оскал, – и у нас есть враги, а у Кирилла их немало. Он в бизнесе такой же танк, как и в жизни, уже успел перейти дорогу некоторым личностям, поэтому вопрос безопасности это не прихоть, а жизненная необходимость. А повлиять на него через тебя будет проще простого. Я не имею в виду, что должно произойти что-то плохое, но вопрос безопасности всегда нужно продумывать наперёд. Кирилл это прекрасно понимает, но воздействует на тебя своими методами, а я бы хотел донести нормально.

Он отбрасывает окурок в сторону и засовывает обе руки в карманы брюк. Взгляд такой же стальной, как и у Кирилла.

– И что мне нужно делать?

– Не мешать Мише делать свою работу. С Кириллом можешь поступать как хочешь. Я хочу счастья своему сыну, но если для этого потребуется сломать жизнь тебе, то я против.

Кирилл будет в бешенстве, ха. Он бы с удовольствием перекроил всю мою жизнь под себя.

– Хорошо. Я вас поняла.

– Кирилл пока не знает об этой встрече, потому что он не позволил бы тебя пугать, но я рассказал, чтобы ты лучше поняла его мотивы.

Игорь отвезёт тебя куда скажешь.

– Спасибо, всего доброго.

Понимаю, что разговору наступил логический конец, поэтому двигаю ко второй машине.

Все ещё анализирую сказанное. Интересно, сколько стоит час времени такого человека? И он потратил его на меня, чтобы позаботится о моей безопасности.

Глава 45

Кирилл возвращается после полуночи, я успела сделать всю домашку и запечь рыбу в духовке.

Слышу, как пикает замок в двери и выхожу в холл встречать, пусть скажет где был и что там делал, я-то уже знаю.

Видно, что он устал, возможно даже разговор был не самый простой, весь мой боевой настрой тает. Ругаться это не то, что я сейчас хочу. Мне вдруг стало жизненно необходимым его обнять, оказаться в его руках и почувствовать, как стучит его сердце.

– Мелочь, – разводит руки, приглашая к себе. Хм, или все же стоит поругаться, хотя сейчас это звучит не как оскорбление, а даже наоборот.

Подхожу к нему максимально близко и обнимаю за талию, кладу голову на его грудь, так хорошо, спокойно. Хорошо, что он вернулся домой, а не остался в Сочи на ночь. Он гладит меня по спине и все ещё стоит в уличной обуви.

– Моя мама тебя сдала.

Чувствую, как он усмехается, но ничего не говорит. Гладит меня по волосам. Столько нежности в этом жесте.

– Ты голодный?

– Очень.

Он отстраняет меня от себя, и тут же наклоняясь подхватывает на руки и несёт в спальню.